Что же касается распоряжения, то в то время оно носит локальный, раздробленный характер. Осуществляется оно через органы самоуправления – Советы, но еще не отражает общих интересов пролетариата как целого, а только его отдельных трудовых коллективов, которые, по выражению Ленина, “в наследство от капитализма... получили неумение, непривычку к общей солидарной работе”.12 В рабочей среде превалировали синдикалистские настроения. Но на том этапе, вследствие отсутствия объективных условий для выработки в рабочей среде социалистического сознания (наличных социалистических производственных отношений), еще и нельзя было ожидать всеобщего объединения – “исторически показано, что рабочие не могут объединяться иначе, как по производствам”.13
Такое распоряжение средствами производства обеспечивало решение задачи “экспроприации экспроприаторов”, разрушения старого строя, т.е. выполнение деструктивных функций революции. Когда положение изменилось, когда на первый план постепенно стали выходить ее конструктивные задачи, оказалось, что буржуазная идеология живуча и до победы новых общественно-экономических отношений воспроизводится, в том числе и в среде рабочего класса, что отсутствие соответствующих общественно-экономических отношений во всем объеме не позволяет рассчитывать на самоорганизацию рабочего класса в процессе производства, что для этого нужен специальный аппарат и что “жить без этого аппарата мы не можем, всякие отрасли управления создают потребность в таком аппарате”.14 И тогда уже не весь пролетариат как масса (как предполагалось ранее), а только некий “авангард пролетариата взял в свои руки строительство власти”.15
Начала формировалась (преимущественно из рабочих) новая социальная группа, в функции которой первоначально входило только общее управление социалистической собственностью, находящейся под широким рабочим контролем “снизу”. Но те же интересы производства вскоре потребовали резкого усиления единоначалия. Необходимость “бороться с недостатками в рабочей среде сознания общности интересов, с отдельными проявлениями синдикализма”16 потребовала усиления влияния социалистического государства – неизбежно за счет уменьшения контроля “снизу”. “Это прошлое, когда царил хаос и энтузиазм, ушло”. Единоначалие потребовало руководителя, который “умеет утвердить, осуществить твердую власть, хотя бы и единоличную, но осуществить ее во имя интересов пролетариата”, когда “волю класса... осуществляет диктатор, который иногда более сделает и часто более необходим”, чем “сплошная коллегиальность”.17 Но такой “диктатор” уже подотчетен не массам, а тем, кто его таковым сделал, т.е. партийному и государственному аппарату. По мере структурной организации этого слоя представителей государства из них формируется особая группа партийных, административных, хозяйственных руководителей-профессионалов, в своей совокупности осуществляющая диктатуру по отношению ко всем остальным слоям “во имя интересов пролетариата” – с целью построения общественно-экономической базы социалистического общества.
Итак, с победой социалистической революции возникает ситуация, когда в развитии общества образуется как бы потенциальный барьер, который создают “старые предрассудки, приковывающие рабочего к старому миру”,18 и когда общественно-экономические преобразования должны осуществляться против действия социально-психологического фактора. Как мы видели, в предыдущих революционных преобразованиях, в преобразованиях в пределах классового общества новые политические институты давали свободу развития новых, но уже проявившихся и доказавших свою более высокую эффективность общественно-экономических отношений. Здесь же они оказываются перед задачей формирования таких отношений, имея для этого три предпосылки: теоретически разработанную социалистическую идеологию, коллективистскую собственность на основные средства производства и политическую власть. В этих условиях именно политическая власть, диктатура “революционного авангарда”, опираясь на первые две предпосылки, могла обеспечить преодоление указанного потенциального барьера, вывести общество в ту точку социально-экономического развития, начиная с которой социалистическое сознание в массах вырабатывалось бы автоматически, опираясь на социалистические общественно-экономические отношения.