Перед глазами возник огромный кусок газетного листа с пустым, ничем не заполненным прямоугольным пятном. Пятно превратилось в огромное зеркалоэкран, в центре которого большие скользящие буквы сложились в надпись: Прошлое? Настоящее? Будущее?.. Республики "Утопия". Затем эта надпись исчезла, и на экране появилась другая: "Беседа, которую вели Леафар и Ром о попытках наилучшего устройства одной маленькой республики". Надпись исчезла и на экране появились двое степенных мужчин среднего возраста. У одного и лицо и верхняя часть туалета точь в точь такие, как на известном портрете Томаса Мора, а нижняя часть -- брюки и туфли современные. Второй же одет в современный светлый костюм, поверх которого что-то вроде накидкипелерины. У второго в руках большая белая пластиковая папка, типа скоросшивателя, на обложке которой большими печатными буквами написано "Утопия"? У первого большой современный дипломат в правой руке. Направляясь вперед, они о чем-то громко говорят. Разобрать суть беседы трудно, но слышно, что их речь перемешана старыми и современными терминами и языковыми формами. Затем под деревом появляется скамейка, на которую они неторопливо усаживаются. Первый ставит на траву возле скамейки дипломат, а второй, выдвинув вперед руку с папкой, говорит: -- Друг мой Ром, я рад, что мое столь долгое путешествие завершилось именно здесь, где мы с тобой встретились на этом симпозиуме, и то, что ты дал мне свою книгу на некоторое время, я считаю крупным благодеянием. Даже беглые мои сведения о предмете разговора в этой книге достаточны, чтобы понять, сколь много пользы она мне принесет, однако еще больше выгоды для себя, уверен, я получу от нашей беседы с тобой, до прочтения сего текста. Поэтому прошу и умоляю опиши мне эту республику. И не стремись быть кратким, расскажи по порядку про ее обитателей, нравы, установления, законы, и, наконец, про все, о чем сам желаешь, чтобы мне узнать и понять, насколько все то, что они ведали и творили, надобно знать другим, дабы распространять их опыт либо избегать его. -- Нет ничего, что бы я сделал охотнее, любезный друг Леафар, -отвечает Ром, -- ибо я много думаю об этом даже после написания книги. Я наедине с самим собой обсуждаю мудрейшие и святейшие установления анауксов. Но чем больше я размышляю об этом наедине с собой, тем больше у меня возникает вопросов. Поэтому я написал эту книгу, чтоб посмотреть на свои рассуждения как бы со стороны. Но, как видишь, любезнейший, я не тороплюсь ее издавать, ибо не хочу объявлять миру о том, в чем сам еще сомневаюсь. Потому я премного благодарен тебе, мой друг, за то, что ты проявляешь интерес к ней, и наша беседа мне необходима еще более, чем тебе. Кроме тебя, у меня нет никого, кто помог бы добрыми советами, как рассудительными, так и честными в отношении сего труда, которому я отдал много лет. -- Тогда, -говорит Леафар, -- пойдем пообедаем, и потом ничто не будет ограничивать наше время. -- Хорошо, мой друг, -- говорит Ром. На экране появляются слова: "Новости дня" 1957 год. Следом в кадре Никита Сергеевич Хрущев беседует с группой мужчин у стены со стендами и плакатами. Голос диктора кинохроники с пафосом рассказывает о начале строительства Городка науки в Сибири. "Генеральный план сибирского города науки, -- утверждает голос за кадром, -предусматривает строительство университета, двенадцати институтов, жилого массива, бульваров и парков". Снова появляются Ром и Леафар. Они садятся на ту же скамью, и Ром говорит: -- Ну что ж, наиученейший из мужей, позволь мне пригласить тебя в приятное путешествие, в самые первые годы жизни прекраснейшего из мест на Земле -- в республику Анаукс. Эта маленькая страна образовалась на востоке огромной Державы, в одном из богатейших природными ресурсами мест Земли, располагающемся в средних и высоких широтах Северного полушария, в умеренном и холодном климатических поясах, где климат в большей части суровый, резко континентальный.