С бургомистром Жуковка договорится. Просто, четко и доступно. Звезд с неба не предложит, но конкретные суммы все пропишут «на салфетках». Возможно, к утру после получения денег, вещей, еды, оружия окажется, что все салфетки исчезли. Потому что мало кто так, как Жуковка, не любит, когда ему предъявляют счета, — у нее своя бухгалтерия.
Поэтому из Эсгарота отряд унесет только те обязательства, которые будут числиться у Жуковки в голове как взятые на себя по своим понятиям.
Еся
Решающим фактором будет ее положение в отряде. Если Еся ранее уходила и справлялась сама, она привыкнет не доверять гномам и не считаться с ними. Если же она с ними и под защитой, то все великолепно: и бочки без капризов, и рыба с нордической стойкостью, и ныряние в холодную воду с выныриванием в сортире – все проделает.
гномы, не бросайте Есю, иначе Еся бросит вас
Допустим, у Еси еще нет за пазухой камешков с надписями «Торин-слабак». Она потеряется в толпе, но уже со смыслом. Построив кому надо глазки и покрутив ушками на макушке, Еся разузнает бездну всего и вытянет из города столько, сколько опытная цыганка не насобирает на вокзале за месяц. Каждый раз у каждого представителя власти, знати, гильдий Еся будет просить все с нуля — будто ранее ничего не получала.
Но надо помнить, что деловая логика у Еси – на болевой. Поэтому половина из разузнанного или вытянутого не будет иметь практической пользы. Хотя непременно пригодилась бы самой Есе, любительнице бессмысленных красивых вещей.
«Дама сдавала в багаж… и маленькую собачонку»
Если после этого гномы решат оставить Есю в городе, то этик оскорбится. Ведь Еся потратила на отряд свое время (удар по базовой), расстаралась, общаясь с разными людьми (расход сил у интроверта), была убедительна (насколько ей позволяли слабые функции логики)… и вдруг выяснить, что это не нужно, а она сама использована, что ли?!
В зависимости от настроения, Еся откроет или клуб убийц, или клуб самоубийц. Положение не исправить, даже доверив ей спасение горожан. Плюсов на болевой не будет, потому что ИЭИ и поручения несовместимы. В какой-то момент Есе все равно придет в голову сомнение/настроение/вещий сон, что все зря, ничего не получается, ее все бросили и…
Правда, пользу самой Еси гномы могли уже вычислить получше ее самой. Есино умение плести сказки, сочинять байки и эмоционально читать оды самому-самому очень даже может пригодиться для того, чтобы отвлечь дракона.
А постоянная напряженность и страх сболтнуть что-нибудь лишнее как раз избавили бы сюжет от канонной фразы про «ездока на бочках».
В общем, кролики — это не только ценный мех… Кстати, шубку на зиму себе Еся тоже как-нибудь достанет. Но если шубка будет королевским подарком за проявленную активность (ведь Еся постаралась ради отряда и город выдал им даже маленькую собачонку), то с некоторых камешков надписи могут и стереться.
Напка
Про кинон в ее случае лучше забыть, она все равно поступит по-своему. Ее базовая черная сенсорика не позволит прятать воображаемую корону в рыбе, поэтому Напка отправится прямо к главе города. Дверь в ратушу откроет с ноги и еще заявит «А подать сюда Землянику!».
*можно с маленькой буквы
Неважно, как развивались предыдущие события и что думает Торин. Напка лучше лидера знает, что все сложные вопросы надо решать волей и приказами, – тогда никто не посмеет отказать. Поскольку в каноне все примерно так и было, первого успеха отряд добьется.
Но вот дальше… Бургомистр наверняка не пожелает говорить с ней, но вступит в диалог с Торином — особенно если сам король гномов представится тем самым «Мы гномы Эребора». Если к этому моменту Напка не придумала себе родословную покруче, то выбор собеседника для бургомистра очевиден, а самолюбие Напки серьезно пострадает. Еще и удар по болевой структурной логике – вычеркивание ее из некой устанавливаемой системы.
Все будет неплохо, если отряд и Напку примут с почестями и дарами, даму в качестве жеста извинения посадят во главе праздничного пира, а бургомистр с Торином тихонько переговорит о делах в уголке. Позднее она пойдет дальше с отрядом и попробует взять нахрапом Эребор. Не так уж много у нее осталось времени на то, чтобы победить Торина в постоянном конфликте за лидерство, и не так уж много осталось мест, которые она, как агрессор, могла бы контролировать.
Но если бургомистр решит избавиться от подозрительных визитеров, то выставленная за порог Напка немедленно найдет себе собственную армию, благо недовольных властью горожан имеется в достатке. И если Бард по фильму угрожал только выборами, то Напка организует переворот, а по его нахальному результату объявит себя владычицей Озерного города. В качестве хорошего отношения к гномам снарядит уже с высоты нового положения отряд к Горе, но сама никуда из ратуши не пойдет. На голове – воображаемая корона, но под попой-то реальное управленческое кресло.
Как и нападение на бургомистра, защиту от дракона Напка тоже видит исключительно в силе. Никаких планов она придумывать не будет, просто прикажет всем вооружаться. И всей армией выступить, если прилетит огнедышащий враг.
Балька
Она наверняка на стороне гномов. Общемировая справедливость ее не интересует, судить и рядить по забытым или действующим законам она не будет. Просто укрепится в мнении, что подгорный народ по-своему прав. Гномы весь поход защищают и оберегают ее, да и по болевой этике эмоций она в их обществе получает не много ударов. В итоге — вокруг виктимной сущности возведена круговая оборона, а если гномы еще у Беорна Бальку выслушали…
*…хотя, если они все в Эсгароте, то не прислушались, а зря.
Да, это и есть обратная сторона: планы гномов Бальку не устраивают чем дальше, тем больше. А при знании ею канона не устраивают вдвойне. Не имеет значения, как Балька оценивает дальнейшее противостояние людей и гномов. Умение делать прогнозы и знание о расах уже заставит ее попытаться избежать Озерного города. Если они туда все-таки пришли – попробует сорвать сделку с бургомистром. Или хоть скорректировать так, чтобы для эсгаротцев она не была чересчур выгодной, а для гномов – откровенно грабительской.
Она предпримет любую из доступных ей попыток укрепить позиции гномов. Например, снизив возможные претензии людей. И неизвестно, кто кому потом чьи слова припомнит.
Скорее всего, Балька ответит Барду на площади, и каждое его слово будет крыть контраргументами. Отрицать опасность она не будет, прогнозы у них с Бардом схожи, но Балька по творческой деловой логике знает, как надо действовать, чтобы получилось. И уж точно не ждать, когда само рассосется как-нибудь.
Если гномы по каким-то причинам уйдут без Бальки, ее виктимность, оказавшаяся без круговой обороны, подскажет, что надо искать безопасное место. Оставят ее с раненым Кили или одну — неважно, Балька выберется из города интуитивно вовремя. Понаблюдав за драконом со стороны, оценит новые данные, прикинет масштаб бедствий и решит идти к Горе. У нее уже есть прогноз дальнейшего конфликта, сторону свою она знает и попытается подготовить к очевидным для нее бедам.
Но все это будет – верно – при хорошем настроении Бальки. В плохом она просто напророчит бургомистру столько бед, что он помрет, подавившись куском праздничного пирога. В городе, правда, пойдут слухи, что его отравила ведьма из отряда гномов. Помощи ждать будет не от кого, а конфликт с Эсгаротом начнется раньше…
Драйка
Поскольку, как мы помним, ее программная функция заставляет ее жить симпатиями и собственным отношением, Драйка убедит себя, что раз ей нравятся гномы, значит, ей не нравятся все другие расы. И неважно, как эльфы или люди относятся к самой Драйке.
Даже при том, что кинонный Бард поможет отряду войти в город, Драйка все равно найдет за что его осудить: и контрабандист, и заговорщик, и за детьми не следит. Конечно, ни к каким словам этого нехорошего человека нельзя прислушиваться. И ничего нельзя у него брать. С такими, как он, нельзя разговаривать и уж тем более — никаких сделок!