Кирилл сцепил челюсти и отвёл взгляд. Наверное, ему хотелось быть где угодно, только не здесь. Он предпочёл бы, пожалуй, оказаться в смертельно опасных джунглях, а не наедине с семьёй, которой должен был полноценно признаться в грязи, которую развёл.
- Мы с твоей мамой сейчас станем решать важный вопрос. Я совершил ошибку, Максим. Обратил внимание на другую женщину. Мама об этом узнала… Но я уже не с ней, не с той женщиной. Поэтому я буду делать всё, чтобы наша семья осталась в том составе, в котором существует с давних пор…
О, как красиво завернул! Можно заслушаться… Но Макс не стал вникать и обмозговывать сказанное отцом.
- Ты изменил маме, - констатировал он. - С кем?
Мой сын поразил даже меня. До глубины души. Он ведь просто мог кивнуть, сказать, что его полностью устраивает тот факт, будто папа одумался и дальше всё пойдёт как прежде. Но Максу, кажется, совершенно не интересно было, на что там надеялся Кирилл.
- Есть разница? - уточнил Сафонов, приподняв бровь.
- Если спрашиваю - значит, есть.
Максим опустил голову и смотрел на отца исподлобья. Он буквально сверлил его взглядом и посылал предупреждение: лучше тебе быть со мной откровенным. И Сафонов, на удивление, его понял.
- Вы её не знаете. Она просто девушка, попавшая в беду.
- Ты её спас, а потом влюбился? - буркнул Макс.
Ну, слава богу… А то я уже начала подозревать, что упустила какой-то период взросления сына, который был очень важным, но прошёл мимо меня. И его вопрос, который больше подходил подростку, чем то, о чём расспрашивал Макс папу до этого, заставил меня даже вздохнуть. С облегчением.
- Нет, Максим. Я в неё не влюбился…
- А зачем тогда бабушка говорила тебе, что та девушка никуда не денется? Ты переживал за то, что эта женщина от тебя уйдёт. А сейчас говоришь, что больше не с ней.
Макс умел делать логичные выводы, что не могло меня не радовать. И его утверждения, подкреплённые вопросами, порождали во мне всё более крепкую уверенность в том, что Кирилл мне лгал. Он намеренно отстранит Свету, но лишь на время. Спрячет её в другом месте, ненадолго сделает вид, что он - самый хороший семьянин на всей земле. А потом, когда живот Светланы начнёт расти, как на дрожжах, попросту свалит в закат.
- Я тогда ошибался, сын. Был уверен в том, что смогу… вести двойную жизнь. Но когда понял, как больно сделал твоей маме… когда осознал, что именно могу потерять - у меня будто пелена с глаз упала. Я сказал Светлане, что мы больше не вместе. Она уедет в ближайшее время. Вернётся в родной посёлок и мы ни единого раза с нею не увидимся.
Он посмотрел сначала на сына, затем на меня. Пристально, долго, словно хотел прочесть что-то на наших лицах. А затем задал вопрос:
- Вы сможете меня простить и принять обратно? С этого момента у нас будет всё ещё лучше, чем раньше. Макс… ты ведь хотел щенка…
Нет-нет-нет! Это запрещённый приём и использовать его мужу я попросту не позволю! Однако делать что-то или говорить не пришлось.
Несмотря на то, что Максим от неожиданности очень воодушевился, состояние это длилось недолго. Сын всё понял и так. Осознал, что разменивать на щенка собственную мать - это как продать Христа за тридцать сребреников. Как бы пафосно это ни звучало.
- Это решать только маме… Я буду на её стороне в любом случае, - размеренно сказал Максим. - И пока я не хочу ни смотреть с тобой футбол, папа, ни вообще говорить о чём бы то ни было.
Прежде, чем уйти, он посмотрел на меня и проговорил:
- Я буду у себя, мам. Если что - зови.
Мне хотелось вскочить, подбежать к сыну, крепко его к себе прижать и не отпускать. Но вместо этого я кивнула и ответила:
- Спасибо, Макс.
Поднявшись из-за стола, прошлась по кухне. Не знала, что сказать Кириллу. Вернее, умом понимала, что гнать его надо поганой метлой, но очень хотелось всё же попробовать привести свой план в действие.
- Ты спишь с этого момента на диване. Твою маму видеть в обозримом будущем я не желаю. О Светлане я слышать даже близко не хочу, тем более - вновь видеть вас вместе. В случае, если ты всё же уйдёшь к ней, нам с Максом останется всё, что мы с тобою нажили вдвоём. Это мои условия для того, чтобы ты пока оставался рядом на правах человека, который может жить в этом доме, - отчеканила я.
- Пока? - тут же вскинулся муж.
- Да. Пока. Как только узнаю, что ты снова стал ездить к ней…
Я не договорила, когда Сафонов шагнул ко мне и попытался схватить за руки.
- Этого не будет, я же сказал! - с жаром заявил он.
Я не позволила ему к себе прикоснуться.