– Я в десять в офис заеду, в десять тридцать встреча с клиентом, потом в прокуратуру скатаюсь, Арочка, дай поспать, еще часик, пожалуйста.
Понятно. Иду заваривать кофе. Холодильник забит едой, Миша вполне справится без меня. А вот мне надо поторапливаться. Еще раз целую Михаила перед уходом, он загребает меня своими огромными лапами в постельку.
– Мии-ш, ты мне всю блузку помнешь, а мне уже уходить…
– Поцелуй меня, иначе не выпущу…
Так тепло, так уютно. Не хочется выскальзывать из этих объятий.
– Ох, другие любовница как любовницы, греют постель когда надо, одной моей взбрело в голову медсестрой работать. Где я ошибся, за что мне это, Боже? – шутливо ворчит Михаил.
Он знает, что я не обижусь на слово «любовница», я и не претендую на большее, более того – не хочу большего. Мишка мне очень дорог, но еще дороже – моя свобода. А еще у женатых мужчин есть свойство просить ребенка, а я этого категорически не хочу. Это мое твердое «нет» с первого года совместной жизни.
– Ну я же неполный рабочий день. И мне это нравится. Очень нравится.
– Мне тоже, – с улыбкой отвечает Михаил. – Когда ты медсестра только для меня и под коротким халатом ничего нет…
– Ай-яй-яй, – укоризненно качаю головой, – и это мне говорит уважаемый адвокат с двадцатилетним стажем… Ну что за молодежь пошла…
Миша улыбается, целует:
– И не говорите, Арочка Анатольевна, не молодежь, а черт-те что. Куда мы катимся? О времена, о нравы…
Мне нравится, что Миша шутит. Что он отдохнул, круги под глазами вроде меньше стали.
Целую в ответ и ускользаю за дверь. У меня нет привычки спрашивать, когда мы встретимся в следующий раз, но прогнозировать это несложно. Скорее всего, не раньше понедельника.
Привычный маршрут радует. Апрельское солнце светит ярко, с утра обещает хорошую погоду, но по утрам пока довольно прохладно. Миша, как курица-наседка настоял-таки, чтобы я надела берет, но он так не идет к моему бледно-розовому плащику, что я снимаю и прячу его в сумку – точь-в-точь как девочка-подросток. В школе многие девочки так поступали, помню. Но не я. Моим было все равно, надела ли я шапку в тридцатиградусный мороз, не то что в апреле. Но речь ведь идет не о них, а о Мише, правда? Да и не люблю я вспоминать свое прошлое. Нет там ничего хорошего. Все хорошее дал мне Миша.
Как хорошо, что он вчера пришел! Тревога как будто отступила. Да еще много чего непонятного, но Миша же обещал объясниться, значит разговор рано или поздно состоится.
Редкие прохожие будто источают радость. Вон припрыжку бежит мальчик-дошкольник. Рядом с поликлиникой есть детский сад, наверное, с мамой туда торопятся. Только они сворачивают за угол, рядом тормозит черный Ниссан:
– Девушка, городскую поликлинику № 78 не подскажете?
– Подскажу, – с удовольствием отвечаю водителю, выглядывающему в окно, – прямо по этой дороге до автобусной остановки и еще метров пятьсот влево. Сразу увидите четырехэтажное здание, серое такое…
– А там дежурный врач есть сегодня, не знаете?
Ну что за глупые вопросы, конечно, в поликлинике есть дежурный врач.
Утвердительно киваю головой и хочу вежливо попрощаться, но мне не дают. Я слишком поздно обращаю внимание, что соседняя дверца открывается и оттуда выходит парень под два метра. Слишком поздно отмечаю, что у него в руке еле виднеется подозрительная тряпка.
И я даже знаю, что сейчас будет, и пока беспомощно озираюсь по сторонам в поисках прохожих и хочу уже не то что отойти, – убежать от машины, крепкие руки хватают за запястья, заставляют пригнуться и подносят тряпку к носу. А дальше ... я просто теряю сознание.
Глава 8. Илья
Рассматриваю ее фотографию.
Симпатичное, я бы даже сказал, несколько смазливое личико. Крошечная родинка на подбородке. А впрочем, к черту – фото летит на пол, у меня была возможность насмотреться. На скамейке. А потом – в машине неотложки. Ирония судьбы – она помогла мне, но я тогда ее не узнал. Глупо. Ее распечатанные фото в количестве почти с десяток хранятся в файле моего компа, а когда столкнулся с ней лицом к лицу – не узнал. Ну да, не до того было тогда. Неожиданно как-то получилось.
– Удивительно, да, Игорь? – поднимаю глаза на вошедшего друга и помощника в одном лице. – Содержанка Михаила Львовича подрабатывает медсестрой.
– Она не подрабатывает. Она там работает.
Игорь не разделяет ни моей иронии, и мой план ему тоже не нравится. Мне он тоже не особо по душе. Потому что запоздал. Его надо было осуществить еще тогда, сто лет назад. Возможно, и правда, что месть – блюдо, которое подают холодным, но не в моем случае. Предпочитаю горячую пищу, горячие напитки и горячих женщин.