Часть третья.
Что говорится по существу?
Для Фридриха фон Хайека и Карла Поппера тоталитаризм имеет длинную и разветвленную историю. Поскольку веточками на этом древе являются и Платон, и Сен-Симон, то все вообще невероятно размыто. Виновны в тоталитаризме не только Фейербах и Маркс, но и Гегель.
Виновен, по сути, весь холизм. То есть любое представление о Целом, не сводимом к слагающим его элементам. А кто сегодня, в XXI веке, может отрицать подобную несводимость? "Система – это совокупность элементов, объединенных общей целью и связями. Качество связей и наличие целей делают Систему принципиально более сложной, нежели простой набор всего того, из чего она состоит". Невозможность свести целое к сумме частей – это уже банальность, подтверждаемая нескончаемыми фактами, взятыми не из проблематичных социальных замеров, а из точных наук. Физики, химии, биологии, генетики и так далее.
Но бог с ними, с точными науками. Постараемся разобраться с тем, к чему, по сути, неизбежно приводит позитив, предъявляемый критиками коллективизма, холизма, Маркса, Гегеля, Платона etc. Если все эти целостности – от лукавого, то что не от лукавого? Атомизированный индивид. Надо вырабатывать принципы защиты его атомизации, надо прививать ему культуру обособления от всего и вся… Хорошо, изолировали индивида, привили эту культуру "моя хата с краю, ничего не знаю".
А как, кстати, ее прививать-то? Ведь традиция – в другом. Значит, надо эту традицию безжалостно выкорчевывать. А как ее выкорчевывать? Кто-нибудь знает, как это делать бескровно? Вот в Германии в войнах, которым было поручено традицию выкорчевывать, погибло реально несколько десятков миллионов людей. И это когда? Это в эпоху Реформации. При тогдашних видах оружия и способах мобилизации "потенциалов уничтожения".
Что? В Англии это делали более мягко? Есть весьма авторитетное альтернативное научное мнение. И оно состоит в том, что, начиная с пресловутых огораживаний, на алтарь выбивания индивида из коллективистских матриц было положено тоже несколько десятков миллионов человеческих жизней. Возможно, не за 20 лет, как в Германии эпохи Реформации, войн за веру, крестьянских войн, а за несколько больший срок. Но, в принципе, цена-то была та же самая.
И что, выбили до конца из этих матриц? Не выбили! Невозможно это! Сама задумка такого выбивания носит сугубо выморочный характер. Если есть что-то по-настоящему тоталитарное, то это все, что нацелено на "детоталитаризацию" и реализует эту свою нацеленность в свирепейшей борьбе со всем, что является почвой тоталитаризма. Если в эту почву входят холизм и коллективизм, то речь идет о свирепой борьбе с самим человеческим естеством, с сутью человеческой.
Тоталитаризм упрекают в том, что он природу человека хочет изменить? А сами? Сами чего хотят?
Сергей Кара-Мурза, которого не упрекнешь в произвольном жонглировании цитатами, приводит спор фон Хайека с Улофом Пальме. Место спора – Гамбург. Время спора – 1984 год. Если верить Кара-Мурзе (а я имею все основания ему верить), Хайек во время этого спора, где Пальме отстаивал коллективистские ценности, сказал, что для существования либерального общества необходимо, чтобы люди освободились от некоторых природных инстинктов, в том числе от сострадания и солидарности.
Чем это отличается от гитлеровского: "Солдаты, я освобождаю вас от химеры под названием "совесть""? Тем, что Гитлер освобождал от этой химеры, так сказать, холистически, то есть всех солдат сразу, а фон Хайек хочет освободить каждого в отдельности?
Ну, как тут не вспомнить, что "тоталитарный" происходит от позднелатинского "totalitas" (целостность, целое). Если война с тоталитаризмом – это война с любой целостностью, то это война за что? За хаос?
И где исторические прецеденты успеха этой войны? Разрушались одни целостности (народы, опирающиеся на традиции). Но сразу же создавались другие – нации, опирающиеся на идею и идеал. Кому вообще приходило в голову разрушить макроидентичность? Или всецело подчинить ее микроидентичности (снова – как подчинить? Сразу вспоминается фильм "Развод по-итальянски": "А как, как ты меня любишь, Джузеппе? Скажи, как ты меня любишь?").
Между прочим, химера фон Хайека в том ее предельном виде, в котором описывает это Кара-Мурза, реализовалась (правда, не по отношению ко всему обществу) в результате наших беспрецедентных шоковых реформ. Ряд авторитетных авторов, опираясь на цифры, указывает, что новая российская элита (все-таки элита, а не все общество) в лице того поколения, которое приходит на смену элите с советской памятью, полностью лишена именно сострадания и солидарности. Так ведь это элита! И что ей это сулит? Только полный крах, испарение, выметание поганой метлой. Если у господствующего класса нет хотя бы классовой солидарности, то нет господствующего класса (и мы видим, что его нет).
Но если это будет не только элита, а все общество… То что ждет это общество? Что его убережет от самоедства? Или от победного нашествия врагов, не успевших обработать себя по Хайеку? Ладно, война, кризис, необходимость мобилизации (хотя и этого никто не отменял). А просто социальная жизнь? Жить-то как, если органические холизмы каким-то образом удалось уничтожить?
Что это значит? Это значит, что никакой органической потребности в общежитии нет. А без общежития нельзя. И что тогда? Известно, что. Тогда, во избежание анархии, хаоса и смерти, над всем этим маревом освобожденных от сострадания и солидарности индивидов необходимо выстроить пресловутого Левиафана. То есть супертоталитарное государство, которое без идеологии, одним только страхом, одной только силой беспрецедентных по оголтелости и жестокости тотальных репрессий, будет удерживать атомы индивидов от центробежной вальпургиевой ночи. От этой самой… как там ее? Войны всех против всех. От оргии, от садострасти, от смертной конвульсии.
Именно этого, освобожденного, индивида и надо бесконечно насыщать страхом. Именно дырка, образовавшаяся на месте сострадания и солидарности, является своего рода гипнотическим раппортом, в который надо закачивать (причем во все больших и больших дозах) концентрированно-кафкианский субстрат.
Фаза #1 – технологии деколлективизации по фон Хайеку. Тут один ужас, одна кровь, одна деспотия. Но фаза #1 – это только пролог к тому, что фатально следует после применения рецептов фон Хайека. Полученные в результате этих рецептов нелюди (если только удастся их получить) могут быть хоть как-то упорядочены и приведены хоть к какому-то социальному знаменателю только с помощью экстрагирования из реального (во многом полярного) гитлеризма и сталинизма всего, что составляет их негативную квинтэссенцию.
Я-то считаю, что и квинтэссенция все равно разная. Но главное-то не в этом. Есть два разных организма, в каждом из них есть яд, своя концентрация зла, разбавленного разными ингредиентами и в разной степени. Как где разбавленная – об этом позже. Что касается зла, то как ему не быть-то, злу? Как не быть яду? Природа такова – что обычная, что социальная. Кто-то это грехом назовет, кто-то подсознанием, кто-то иначе.
Весь-то вопрос – как это зло нейтрализовать, как яд сделать… ну, не знаю… ну, хоть каким-то лекарством. Теперь оказывается, что из всего нужно выделить экстракт яда, и этот экстракт яда, это крутое зелье ведьм Макбета, выдать за эликсир? Чего? Чего эликсир? Либерализма? Свободы?
У меня разное отношение к Гитлеру и Сталину. Я по-разному смотрю на фашистские лагеря смерти и ГУЛАГ. Я не могу и не хочу уравнивать, потому что знаю, что это ложь. Но у меня дед погиб в ГУЛАГе. Я любую несвободу ненавижу гораздо больше, чем этот самый фон Хайек. Я твердо знаю, что несвобода губительна хотя бы потому, что начинается все с конфликта ценностей, а кончается доносами на обидевшего соседа. Что начинается с взлета энтузиазма, а кончается торжеством серости, которая сама же все и сводит под ноль ради своих серых прелестей. Кто свел под ноль СССР? ЦРУ? БНД? Советская номенклатура, вот кто!
Нелюбовь к свободе отвратительна. Можно встать в строй ради победы над врагом. И, встав в строй, лишиться свободы. В этом суть любой военной профессии. Но нельзя встать в строй просто ради любви идти в строю. Куда угодно идти в строю, хоть в могилу. Есть нормальная человеческая готовность принять касторку, если болен. Но нельзя называть нормальным желание утром и вечером пить касторку вместо кофе с молоком.