Его слова заставили меня содрогнуться. Я почувствовала, как сердце сжалось от страха и растерянности. Странным образом я не помнила ничего, кроме того, что звали меня Агния и мне 19 лет. Как я оказалась в этом месте? Почему этот человек так грубо со мной разговаривает?
— Простите, — пробормотала я, отступая назад, — я просто... я потерялась. Не могли бы вы...
— Не могли бы я что? — Мужчина снова нахмурился, его лицо покраснело от раздражения. — У меня нет времени на попрошаек вроде тебя.
Он развернулся и пошёл прочь, оставив меня стоять посреди улицы в полном замешательстве.
Осмотревшись по сторонам, я ощутила на себе множественные взгляды прохожих, которые были полны злорадства и насмешек. Не в силах им противостоять, я инстинктивно опустила глаза и бросилась бежать по площади, не замечая, как мои босые ноги сбивают пыль с булыжников. Звуки города — шум автомобилей, гудки сигнализаций и гул разговоров — сливались в один оглушающий поток. Сердце билось как сумасшедшее, словно готовое выскочить из груди.
Внезапно на моем пути вырос какой-то здоровяк. Жадный блеск в его глазах и мерзкая физиономия сразу внушили мне ужас. Он был массивен, с широкими плечами и крупными руками, которые он протянул, преграждая мне путь.
— Куда собралась, красавица? — Голос был густым и липким. — Пришла поглазеть на место своей будущей казни, да? Пока ты ещё не превратилась в пепел, могу подарить тебе немного любви и ласки, детка.
Он потянул меня к себе, сдавливая тонкое запястье, и паника мгновенно охватила меня, едва я осознала, что не могу вырваться из его грубой хватки.
— Отпусти меня! — Крикнув, мой голос растворился в шуме площади, а я вдруг оказалась прижата спиной к стене какого-то здания.
— Не дёргайся, и больно не будет, — задыхаясь, прохрипел он мне на ухо. Изо рта его несло алкоголем и чем-то отвратительно зловонным.
Несмотря на его слова, я продолжала сопротивляться и брыкаться, как могла, изо всех сил стараясь оттолкнуть от себя этого мерзкого человека, но всё было тщетно. Его огромная туша намертво прижала моё хрупкое тело, грозно нависнув надо мной. Люди проходили мимо, даже не замедляя шага. Кто-то просто бросал мимолётный взгляд, а кто-то и вовсе не удостоил нас вниманием. Их лица выражали безразличие и равнодушие, а некоторые даже хихикали, тыча в нас пальцами. Толпа текла мимо, словно поток воды, унося с собой звуки, крики и моё отчаяние.
Вот и всё, подумала я, прикрыв глаза, полные слез. Как вдруг раздался грохот, и мне стало легче дышать. Открыв глаза, я увидела, что мой обидчик лежит на земле, а из его носа струится кровь. Всё ещё дрожа от страха, я посмотрела на стоявшего рядом со мной спасителя.
Это был высокий, статный молодой незнакомец с черными, как ночь, волосами, которые были идеально уложены, а над его головой сверкала цифра 11. Серые глаза холодно и проницательно смотрели на меня, излучая скрытую силу и опасность, но вместе с тем будто успокаивали. Острые скулы придавали его лицу решительность и непоколебимость, создавая впечатление, будто он способен прорезать любую преграду одним только своим видом.
— Ты в порядке? — спросил он меня низким спокойным голосом.
— Да, наверное, — пробормотала я, всё ещё не осознавая происходящего.
— До праздника богини Иштар ещё больше двух недель, ты нарушаешь закон! — все тем же спокойным, но в то же время грубым голосом загадочный мужчина обратился к моему насильнику.
— Да ладно вам, глава Син, это очередная нулёвка, она до праздника-то, может, и не дожить вовсе. — Ухмыляясь, ответил тот.
— Будешь нарушать мои законы, то и сам можешь не дожить до этих дней, — с явным отвращением в голосе проговорил Син, вытирая окровавленную правую руку белоснежным платком.
В его голосе прозвучала мощь, власть и неукротимая сила, которая заставила меня вздрогнуть под напором его слов.В тот же миг над головой нарушителя цифра 8 сменилась на цифру 7. Избитый мужчина еле-еле встал на ноги и, склонив голову, попятился назад, пока вовсе не исчез за углом здания.
Только сейчас, когда опасность полностью миновала, я решила лучше рассмотреть своего спасителя, который на вид был чуть старше меня. На нем был чёрный костюм, пошитый явно на заказ из дорогой ткани, что при движении едва уловимо шелестела. Чёрная рубашка, как будто созданная для гармонии с костюмом, придавала ему дополнительную суровость и решительность, а того же цвета галстук завершал образ. Но что больше всего привлекало внимание, так это его уверенная поза. Казалось, что он всегда привык быть хозяином положения, невзирая на обстоятельства.