Всякий раз после очередной неудачи он говорил мне: «Не переживай, крошка, следующий мой бизнес обязательно выстрелит!».
Я любила его и верила безоговорочно.
— Хорошо, заберу кое-что, — согласилась я с Наташей. — Только лампочки выкручивать не стану! Не уговаривай!
— Ладно, пускай лампочки останутся им в качестве свадебного подарка, — недовольно проворчала она. — Всё остальное забираем!
Когда куча собранных вещей превысила все мыслимые пределы, я взмолилась:
— Натуся! Всё это не поместится в твою машину!
— Несколько рейсов сделаем, не переживай! — успокоила подруга, продолжая упаковывать коробки.
— Мне это барахло даже поставить некуда… — со слезами на глазах сказала я. — Пусть остаётся здесь, мне хочется поскорее уйти отсюда. Сил больше нет!
— Предположим, место для твоих вещей я найду, но раз ты сама не хочешь, будь, по-твоему. Давай, я начну потихоньку грузить то, что уже собрали, а ты ещё раз внимательно пройдись по шкафам и полкам, посмотри, не осталось ли чего важного.
Наташа отправилась вниз с первой партией коробок, а я в последний раз обошла всю квартиру.
Вот они, осколки моего семейного счастья! Здесь я готовила мужу завтрак, здесь накрывала стол к ужину, здесь ложилась с ним в постель.
Больше ничего этого не будет.
Только постоянная душевная боль станет напоминанием о светлых моментах прошлого.
Интересно, эта боль когда-нибудь закончится, или мне придётся жить с ней бок о бок до конца дней?
Глава 4
Ночевать на новом месте было непривычно, но, к своему удивлению, я довольно быстро заснула. Наверное, сказались предыдущие бессонные ночи, а может быть, пришло внутреннее успокоение оттого, что я находилась в доме не одна.
Погружаясь в сон, я думала о том, какая же всё-таки Наташка хорошая подруга. Приютила меня, не бросила на произвол судьбы.
Но, несмотря на всё это, я не должна злоупотреблять её гостеприимством. Тем более, скоро из командировки вернётся Леонид Петрович. Нужно завтра же заняться поисками жилья.
***
Утро следующего дня я встретила в полной уверенности, что смогу пережить своё несчастье. Постепенно забуду и вычеркну из жизни и Дениса, и Соню.
Да, будет больно, трудно, порой невыносимо, но я смогу…
Сегодня я была в этом абсолютно уверена.
Мою уверенность и приподнятое настроение быстро опустила на исходные позиции моя собственная мама. Я собиралась приготовить нам с Наташей что-нибудь на завтрак, когда телефон зазвучал знакомой мелодией.
Сама не понимаю как, но я сразу поняла, что поторопилась со своими мечтами о лучшем будущем.
— Анастасия! — суровым голосом начала мама, — ты, что там творишь?! Почему Соня звонит вся в слезах?! Я жду твоих объяснений!!!
Я немного обалдела от строгости тона и предъявленных претензий, но твёрдо решила не лебезить и не оправдываться перед ней. Никакой вины за собой я не чувствовала.
— Никак не возьму в толк, каких объяснений ты ждёшь от меня, мама?! Спроси у своей младшей дочери, почему она решила, что будет спать с моим мужем и сохранит при этом нормальные отношения со мной.
«А Соня-то, оказывается, ещё и отличная манипуляторша в свои девятнадцать лет! — пронеслось у меня в голове. — Интересно, что она такое наплела нашей матери, что та просто брызжет гневом?»
— Тебе, может, стоит задуматься не о том, почему твоя сестра спит с твоим мужем, а о том, почему твой муж не хочет спать с тобой? — с нескрываемым ехидством произнесла мама.
Сколько себя помню, мать всегда относилась ко мне без особого тепла, отдавая всю свою любовь младшей Соне, но такого злобного выпада я от неё не ожидала.
Как острым ножом в сердце моё сознание пронзила мысль: «Вместе с мужем и сестрой я потеряла ещё и маму».
— Хорошо, я подумаю об этом на досуге. Прощай, — сухо ответила я женщине, которая когда-то меня родила.
— И не забывай, что на тебе лежит обязанность по оплате колледжа Софьи! — прокричала она истошным голосом, опасаясь, что я сейчас положу трубку.
— Какая такая обязанность?! — возмутилась я, хотя и не собиралась больше с ней разговаривать. — Никаких обязанностей я на себя не принимала. Вся моя материальная помощь сестре была добровольной! Ей следовало помнить об этом, прежде чем ложиться в постель к Денису.
— Интересно, а как она будет теперь учиться?! — всё ещё возмущённо, но уже без прежней агрессии спросила мама.