Чтобы гарантировать "Мьюзик-холлу" кассовый рекорд в первый же день показа, Софи согласилась появиться на сцене до начала сеанса и ответить на вопросы группы дружески настроенных журналистов, которых пригласил сам Джо Левин. Поскольку ее появления перед большой аудиторией были очень редкими и ограничивались в основном церемониями "Оскара" и кинофестивалями, актриса очень боялась стоять одна на огромной сцене перед шестью тысячами зрителей. Однако ей удалось достойно продержаться в течение тридцати минут, высказав свое мнение по вопросам любви, брака, детей, еды и моды. Она старалась разрушить стереотип, который сложился о ней у зрителей: "Люди думают, что у меня стопроцентная сексуальная привлекательность, но это только внешнее впечатление. Может быть, процентов на пятьдесят, а остальное — их собственные фантазии". Когда какой-то из репортеров спросил ее: "Теперь, когда вы стали матерью, будете ли вы появляться в сценах обнаженной?" — она ответила: "Тот ли это вопрос, на который следует отвечать перед шеститысячной аудиторией людей?"
Вторым важным событием визита Софи в Нью-Йорк стало ее полуторачасовое интервью с британским телевизионщиком Дэвидом Фростом для его мирового ток-шоу, которое показывается в США пять вечеров в неделю по телеканалу Эй-би-си.
После ограбления в 1960 году в Англии Софи редко путешествовала с дорогими драгоценностями. Поэтому на этот раз она решила позаимствовать украшения для участия в шоу Фроста. Многие дилеры высшего уровня всегда рады одолжить знаменитостям образцы своей продукции, надеясь на рекламу, а кроме того, возможно, в будущем расширить круг постоянных покупателей. Софи выбрала несколько украшений фирмы "Ван Клиф энд Арпельз", в том числе и кольцо с большим бриллиантом. Когда Дэвид Фрост заметил его на пальце актрисы, он спросил собеседницу, сколько оно стоит по сравнению с тем миллионом с лишком долларов, которые Ричард Бартон заплатил за знаменитое украшение для Элизабет Тейлор. Софи долго смеялась, услышав такой вопрос, а потом ответила, что для этого вечера оно обошлось ей практически даром, но, как она считает, реальная цена кольца около полумиллиона долларов.
Где-то в середине американского турне Софи неожиданно пришло сообщение, что в Милане умер отец Карло Понти. Следуя традициям, предписывающим обязательно присутствовать детям на похоронах родителей, Понти решил, не отменяя остальных договоренностей Софи, лететь в Италию один. Софи провожала его до аэропорта Кеннеди и оставалась с ним до тех пор, пока он не прошел в самолет. Возвратившись в Хэмпшир-хаус, она почувствовала себя страшно усталой и, несколько раз проверив, что делает Чиппи, решила сразу лечь отдыхать, вместо того чтобы, как обычно, посмотреть телевизор в рабочем кабинете с секретаршей и няней.
Когда Софи вошла в спальню, ей показалось, что она увидела движущуюся тень. Софи побежала за Инес и Рут, но когда они все вернулись, никого не обнаружили. Софи успокоилась, но попросила Инес на всякий случай остаться с ней на ночь. Заложив в уши противошумовые затычки, что она обычно делала, Софи в конце концов заснула.
В семь утра Инес встала, чтобы приготовить кофе. Пройдя на кухню, она увидела там троих незнакомцев. Один направлял ружье на двух сотрудников здания, которых бандиты накануне заставили открыть черный вход в апартаменты Понти. Инес начала кричать так громко, чтобы Софи услышала ее.
"Сначала я решила, что мне снится кошмар, — вспоминала актриса, — но когда поняла, что проснулась, вначале голос показался таким далеким, как будто шел откуда-то снаружи. Тут в комнату ворвался какой-то человек со связкой ключей на большом кольце. Я все еще была в оцепенении. На какое-то мгновение я подумала, что это доктор со стетоскопом. Сердце мое забилось, я очень испугалась. Сначала крик, потом и этот незнакомец, которого я на мгновение приняла за доктора, означали для меня только одно. Мой сын. Он болен.
Я почти завопила: "Это Чиппи, не так ли? Что с моим маленьким?"
Мужчина сказал ей: "Не волнуйтесь, и все будет хорошо". Только в этот момент Софи поняла, что кричала Инес, один из членов банды ударил ее рукояткой пистолета.
"В комнате стоял полумрак, — продолжала вспоминать Софи. — Человек приказал включить свет, и я увидела, что он размахивает пистолетом и на нем темные очки. "Это ограбление", — заявил он. Все происходящее напоминало второсортный гангстерский фильм. Он начал выбрасывать мои ювелирные изделия из ящика столика.
"Это все подделки, — сказал он. — Мне необходимы настоящие драгоценности. И если я не получу их…" Тем временем в комнату вошли консьерж и менеджер, сопровождаемые человеком, который держал их на мушке пистолета. Менеджер, бедняга, настолько ослаб от шока, что преступники позволили ему сесть на стул. Я подала первому мужчине кольцо с рубином, которое лежало на столе. Он схватил его, но остался недоволен. У меня было еще несколько драгоценностей от ван Клифа, которые я хотела надеть на большой вечер в Рокфеллер-центре. Грабитель отнял и их, но и этого ему было мало, и он заявил: "Я хочу то большое кольцо, которое я видел у тебя на пальце на шоу Дэвида Фроста".