— Мартин, ты где? — едва слышно зову его.
— Я тут! — из-под кресла доносится веселый голосок.
— Что ты там делаешь? Я тебе сказала сидеть на кровати! А ты?
— Прости, София! Мне было скучно.
Хочу его отругать, но не могу. Ребенок ведь, что с него возьмешь!
— Помоги мне собраться! Положи вот это в сумку! — подаю ему карандаши, кусочек мела и сложенные вчетверо листы бумаги.
Мартин послушно выполняет мои задания.
— А теперь залезай в сумку сам!
— Но у меня лошадь недалеко от замка привязана! А поеду верхом, а не в сумке!
— Вот и замечательно! Я не собираюсь тащить тебя всю дорогу. Но из замка мне придется вынести тебя в сумке. Иначе тебя могут заметить!
Мальчик забирается внутрь, и я подаю ему в руки кусочек запеканки, а рядом пристраиваю доску, на которой можно писать мелом, и маленькое зеркальце — подарок для девушек из деревни. Я выхожу из комнаты, прижимая сумку к себе рукой. Мне все время кажется, что кто-нибудь неожиданно появится на пути и заметит Мартина.
Интуиция меня не подводит. Едва я спускаюсь, навстречу мне идет Симона… А с ней малышка Элиза.
— Мадмуазель София, куда вы идете так рано? — спрашивает любопытная девочка.
— В сад. Прогуляться.
— А меня с собой не возьмете?
— Не могу, ты еще даже не позавтракала.
— Как жаль! — девочка кривит губы. — А почему вы идете гулять так рано?
— Сегодня будет жарко, лучше выйти пораньше, пока солнце не так печет.
— А что у вас там? — ее взгляд впивается в мою сумку.
Сердце уходит в пятки. Мне кажется, я сейчас потеряю сознание. Если меня заставят показать то, что я прячу… Нет, об этом даже думать нельзя! И сдаваться нельзя!
— Книжка. Я собираюсь почитать. — отвечаю как можно спокойнее.
И моя "книжка", как назло, в этот момент чихает! К счастью, совсем негромко, поэтому Симона не замечает, а вот девочка не спускает с меня хищного взгляда.
— А у вас там точно книжка?
— Элиза, девочка, где ты? Тебя мама зовет! — в дверях появляется Герда. — А ну-ка, пойдем! Завтрак остынет!
Я спасена! Мы с Мартином спасены! Быстрым шагом выхожу из замка и спешу к лесу. Все время озираюсь, боюсь, что за нами кто-нибудь идет. Никого!
— Не бойся, никто за нами не следит! — каким-то странным голосом говорит Мартин из сумки.
— Мартин, ты что-то жуешь? Нельзя говорить с набитым ртом!
Заглядываю в сумку. Точно! Он обгрыз края запеканки и весь перепачкался.
— Выпускай меня! У меня тут лошадь спрятана.
Мартин выпрыгивает, бежит по тропинке, и за деревом его действительно ждет лошадь. Смешная светло-коричневая лошадь с белыми пятнами.
Мы скрываемся под сенью леса, и я наконец чувствую себя в безопасности. Пение птиц разливается над округой, заставляя забыть обо всем на свете.
— Я так испугалась! Думала, мы оттуда не выберемся!
— Опасность еще впереди! Я это чувствую! — отвечает Мартин, и у меня по спине пробегают мурашки. Неужели может быть страшнее, чем утром?!
Мартин скачет на лошади, а я его догоняю. Вскоре мы приближаемся к деревне. Летний день начинает разгораться, и как только я выхожу из тени деревьев, чувствую, что солнце уже припекает.
Меня сразу окружают ребятишки, я, выкладываю на стол остатки запеканки.
— Мартин, и как тебе не стыдно! — ругаю его при всех.
Потом раздаю малышам листочки и карандаши, сажусь на колени и, устроившись поудобнее, начинаю урок. К моему приходу здесь на поляне расстелили что-то наподобие ковра, так что испачкать новое платье я не боюсь. Ребята садятся за круглый стол и старательно пишут на листочках. Я пишу мелом цифры, учу их считать. Дети отвечают наперебой, смеются и старательно выполняют мои задания.
Внезапно меня отхватывает необъяснимое чувство тревоги. Смотрю по сторонам, вроде бы все в порядке. Только небо становится мутноватым, наползают серые облачка. Наверно, вечером будет дождь. Солнце скрывается за серой вуалью, небо темнеет, становясь тяжелым и будто пропитанным влагой. Ветер усиливается, шумя среди ветвей, но он теперь не шепчет, а словно кричит.
Где-то вдали слышится горн, а за ним топот копыт и хруст веток. Шум все приближается и нарастает, накатывая волной.
— Охотники! — понимаю я. Где-то неподалеку проходит охота.
И моя догадка подтверждается. Внезапно из лесной чащи, перемахнув через домик старосты, на поляну выбегает олень. Статное животное с золотисто-коричневой шкурой и огромными ветвистыми рогами, словно вырезанными из дерева.
Олень с мольбой смотрит на меня своими янтарными глазами. Кажется, он плачет, взывая к милосердию. Он умоляет о помощи.