Почему? Почему, как только я упомянула о дочери барона, Даниэль изменился в лице. Когда он смеется, становится похож на веселого мальчишку, а сейчас он так серьезен. Откуда эта печаль?
И я рассказываю. От том, как в начале мне было трудно с Элизой, о сотне (или сколько их там?) невидимых друзей, о той страшной грозе…
Даниэль внимательно меня слушает, будто все это касается его лично.
Не выдержав, все-таки решаюсь спросить.
— Даниэль, что с тобой? Почему ты такой мрачный?
— София, я должен тебе кое в чем признаться. — он на секунду замолкает, будто набираясь храбрости. — Твоя ученица — моя сестра.
От неожиданности я вскакиваю. Вот он — старший сын барона. Тот, о ком в замке даже говорить нельзя. Изгнанник, лишенный дома. Сын, не смирившийся с решением отца. Не таким я его представляла! Но что это меняет? Для меня — ничего. Передо мной мой друг. Или даже больше… Я верю ему и знаю, что он был прав. Его отец — скептик, для него магия не существует. Разве Даниэль в чем-то виноват?
— Теперь ты знаешь… И, наверно, не захочешь со мной общаться… — его голос, наполненный горечью, отрывает меня от нахлынувшего потока мыслей.
— Нет, что ты! Я знаю, что ты был прав насчет матери мадам Айрин.
— Значит мне не показалось! София, за эти годы ни один человек не верил мне…
— Я верю! Мадам Айрин — добрейшее создание. Я не замечала за ней никаких странностей, но ее мать…
— Так бывает. Иногда дар передается внукам, минуя детей. Мне рассказывала бабушка, когда я был совсем маленьким. Я очень боялся, что… Не знаю, как лучше объяснить. Ты знаешь мою сестру и должна понять, что получилось.
— Элиза унаследовала способности двух бабушек? — меня осеняет догадка. Так вот чего он боялся! — Ведь и у тебя есть способности? Но ты сказал, что не используешь магию. Почему?
— Однажды я сильно обжегся! И с тех пор… — Даниэль опускает глаза, полные печали, и вновь как-то странно смотрит на свою руку в темной кожаной перчатке.
Что он имел ввиду, сказав, что обжегся? Что мучает его и не дает покоя даже спустя много лет?
— Даниэль, я могу помочь тебе?
— Сомневаюсь, что мне кто-то может помочь! Я боюсь София, я очень боюсь!
Не решаюсь спросить, что его так пугает. Придет время, и он сам мне расскажет, как только будет к этому готов.
— Теперь рядом с моей сестрой есть ты, она не ошибется… Ты ей поможешь!
— А твой брат Александр? И он тоже?
— Нет, ему повезло. Способности обошли его стороной. Он и по характеру не похож ни на кого из родственников. И в кого он только такой? Наверно, отец просто избаловал его…
— А ты знаешь, что он скоро приедет в замок вместе со своей… невестой?
— Знаю, конечно. Я продолжал с ним общаться, даже когда ушел из дома. Две недели назад я навещал его в столице. Только вот эта девушка ему не невеста!
Глава 23
Пение птиц на мгновение затихает, а ветер перестает играть среди ветвей, наступает тишина.
— Что значит, она ему не невеста? А кто же она? — в недоумении смотрю на Даниэля.
— Она его жена!
— Жена? Твой младший брат женат?! — не могу поверить в услышанное. Если барон так разозлился, узнав о предполагаемой невесте сына, что же будет, когда он узнает, что они уже поженились! Да он выгонит младшего сыночка из дома… Как и старшего!
— Так получилось… Я уже говорил, что Александр очень избалован и часто поступает необдуманно. У него были веские причины для такого серьезного шага.
— Что же натворил твой брат?
— София, я и так слишком много тебе рассказал. Ты живешь в замке, и тебе придется находиться рядом, когда Александр приедет. Будет лучше, если ты будешь знать как можно меньше. Тогда тебе не придется лгать, если мой отец о чем-то тебя спросит. Мне уже стыдно, что я втянул тебя в наши семейные проблемы!
— Но ведь нужно что-то делать! Нельзя скрывать вечно! — я возмущена до глубины души. — Если Александр считает себя достаточно взрослым, чтобы жениться, то должен не бояться нести ответственность за свои поступки.
— Я так и сказал брату. Не представляешь, какого труда мне стоило уговорить его приехать сюда и поговорить с отцом.
— Он признается ему?
— Да, но не сразу. Какое-то время все придется держать в секрете. Александр боится, что отец разгневается и лишит его наследства. Он главный наследник! Меня можно не считать… Но есть еще Элиза. Зная характер отца, брат боится не зря. Замок и земли отец может завещать ей.
— И ты потакаешь брату? Он ведь уже взрослый! Должен был думать, прежде чем делать выбор, способный изменить его судьбу.