"Камера" снова отодвинулась – нет, это девочка, накрепко привязанная в детском сиденье.
Совершенно одна, в темноте. Совершенно одна.
"Мама! Мама!"
Удар по губам: "Молчать! Дисциплина должна быть!"
Беспомощное отчаяние – одиночество в темноте…
И вдруг – ''луч света в тёмном царстве''!
Из Тьмы на Свет выступает, ОН, Артур.
~ Мой Ангел Спаситель…
~ Я сбилась со счёта, сколько раз ты выручал меня… Никогда мне не расплатиться за твою доброту и заботу…
Опять кромешная, ледяная чернота… Одиночество… Смертельный ужас беспредельного одиночества.
И снова – словно свет маяка!
К НЕМУ, к нему! Сквозь муки, сквозь боль, сквозь страдания!
АРТУР!!!
Она села на диванчике, возвращаясь к жизни, протянула руки, хватаясь за него, как утопающий – за спасательный круг…
"Камера" отодвинулась, повернулась, показывая обнявшую Артура женщину.
Софочка Бельская…
– Ты – ''часть той силы, что вечно хочет зла и вечно совершает благо'', – медленно процитировала Мэри. – Ты вернул её к жизни, как вернул меня. Бедная девочка! Я так её напугала… О Артур! Я поделюсь куском хлеба с умирающим от голода! Как в ''Молчании ягнят'' – всех не спасти – так хоть одного! Я поняла – ты сделал это, потому что ты любишь меня!
– Как я люблю тебя, мой ягнёночек, – ни одно существо на Земле любить не сможет, искренне отозвался её муж.
"Обмануть, не соврав…" Демон Смерти процитировал сам себя.
– Я готовилась к этой конференции больше месяца! – Женщина приблизилась к мужу, и супруги обнялись. Орлов опустил глаза.
– Вот, Роджер, – обратилась к нему Мэри.
– Глеб, – поправил тот.
– Нет! Именно, Роджер! Вот почему несчастная Джина цеплялась за Артура! Смерть может только отнимать! Земное счастье может дать только Владелец Земли! Прости меня, Артур! Я люблю тебя и не подведу!
Она выбежала из кабинета. Чёрнсын закурил.
– Приходит муж домой – а на нём – трусы дамские! – напомнил Глеб старый анекдот. – ''Ты у меня такая умница! Сама придумай объяснение!"
Артур только хмыкнул.
– Тела спасаем – души губим? – Глеб подмигнул.
– Вот именно. Смотри, приятель, не затягивай с заменой тела, – напомнил ему Хозяин. – Понятно, не самый приятный момент, но помрёшь – ведь намучаешься вдвойне, а то и втройне!
– А то я не знаю… Ой, дайте зaтяжечку!
Артур передал ему сигарету. Глеб схватил её трясущимися руками.
Чёрнсын только головой покачал.
– Мы с Мэри мне и то начали тело подбирать. Я тут инсульт у себя едва предотвратить успел.
– Да всё из-за дурочки этой, – признался Глеб. – Никак не сообразим, как ей объяснить. Тут Франсин пыталась намекнуть, о пересадке мозга, мол, у меня же сердце слабое. А Софочка:''Они просто деньги с вас тянут – пересадка сердца насколько проще!'' Вот и поговори с ней… Ох, как же я стою на неё, Хозяин! А сейчас попробовал – вообще свихнусь! Хозяйка специально её подсунула в доме у нас жить. Может Франсин и ревнует – эту б** хрен поймёшь! Запутался я с ними! Хоть гарем заводи!
– Претензии к Папаше моему! – Чёрнсын хмыкнул. – Может позволит переместиться куда-нибудь… Где потеплее. А ты, надеюсь, не в претензии, что я её… утешил?
Орлов только грустно покачал головой.
– Нет. Она была счастлива. Я действительно не умею утешать. Хозяйка как всегда – права! И это самое ужасное…
* * * * *
Почти прибежав к себе в кабинет, Софочка затравленно оглянулась.
"Надо предупредить Артура."
Она набрала его номер.
~…Оставьте сообщение.
– Пожалуйста, зайдите ко мне, когда сможете. – было единственное, что она смогла придумать сказать.
Бельская занялась делами, стараясь отвлечься, но вдруг вошла Мэри, и девушка буквально подпрыгнула от ужаса.
– Пожалуйста, не считайте меня уж очень-то монстром, – горько произнесла миссис Чёрнсын. – Я искренне хочу извиниться и за то, что натравила на вас Глеба, и за то что так напугала сегодня. Девки гроздями вешаются на них обоих, а писем от ''влюблённых поклонниц'' буквально со всего света, они получают мешками, хоть и меньше, конечно, чем певцы или артисты. Простите, что приняла вас за одну из них!
Она вдруг рассмеялась.
– Вот отбросит мой муженёк копыта, Глеб загнётся, наконец-то – мы все сможем начать свежий старт! – Мэри обняла совершенно обалдевшую девушку и, пританцовывая вышла.
"Во обкурилась!" Софи только головой покачала. "Да, марихуана – не героин… А вот Глеб, пожалуй, может подсесть. Если он перешёл с эксклюзивного коньяка на самогон. Да, вот почему Франсин и Мэри не ладят! Слишком похожи! И обе ждут-не-дождутся, чтобы мужей уморить!"
Она набрала номер Глеба.