Пустив лошадь неспешным шагом, Софи провела по щеке пушистым пучком и улыбнулась своим воспоминаниям. Ровно год назад в этот же самый день она встретила Корсакова и именно в этот день, она решила, что стремление стать невестой Христовой в ней не настолько сильно, как жажда жизни. Жизни полнокровной, а не за стенами обители в неустанных трудах и молитвах. Именно тогда ей захотелось начать всё сызнова и, возможно, обрести, наконец, то, о чём так долго мечтала: любящего супруга и конечно же ребёнка. «Однако, ныне это невозможно, - вздохнула она. – Мой супруг меня ненавидит и не желает иметь со мной ничего общего». По дороге им встретилась крестьянская телега, которой правил рослый мужик лет тридцати. Поравнявшись с господами, мужик сдёрнул с головы шапку и поклонился. За его спиной Софья разглядела рыжего вихрастого мальчишку лет пяти.
- Погоди! – окликнула она возницу. – Постой!
- Что барыне угодно будет? – пробасил крестьянин, натягивая вожжи.
Передав пучок вербы Кити и, порывшись в крошечном ридикюле, что висел у неё на запястье, Софья извлекла из него серебряный рубль и протянула мужику.
- Возьми. Пост скоро оканчивается, гостинцев деткам купишь.
- Благодарствую, барыня, - склонился в поклоне мужик, пряча денежку в кармане армяка. – Долгих лет жизни вам.
Когда телега удалилась от господ на довольно большое расстояние Кити повернулась к своей belle-soeur:
- Александр бы не одобрил подобного расточительства, - тихо заметила она.
- Я могу потратить деньги, выданные мне на булавки по собственному усмотрению, - поморщилась Софи. – Да и куда мне их тратить? - пробормотала она себе под нос. – Перед началом прошлого сезона я потратила целое состояние на новый гардероб. Я мечтала, что встречу человека, который полюбит меня, что у меня будет семья, ребёнок. Простите, Кити. Вам, видимо, неприятно слышать всё это. Я не должна была…
- Я понимаю вас, - задумчиво отозвалась Кити. – Но ведь нынче, когда Александр вернулся, у вас снова есть супруг. У вас есть семья, Софи, и обязательно будут дети, - смущённо добавила она.
Софья грустно улыбнулась в ответ на это заявление:
- Ваш брат не любит меня, Кити. Я ему обуза, - добавила она, понукая свою каурую.
- Не говорите так! – с жаром возразила девушка. – Многие браки заключаются не по велению сердца, но это вовсе не означает, что чувство не может появиться позднее. Софи, а вы любите Александра?
Софья замолчала. Она не собиралась откровенничать с сестрой Раневского, но настоятельная потребность выговориться подталкивала её продолжить начатый разговор.
- Когда ваш брат сделал мне предложение, - медленно заговорила она, - мне казалось, что будет нетрудно полюбить его. Александр, он…
- Красивый, - вставила Кити.
- Да, - улыбнувшись, кивнула Софья. – А ещё умный, смелый, решительный. В нём есть всё, что должно быть в настоящем мужчине. Но, увы, я лишь раздражала его, моё присутствие подле него было ему в тягость.
- Но ныне-то всё переменилось, - заметила Катерина. – Вы переменились, Софи. Нежели думаете, он не заметил того?
- Вот как? – усмехнулась Софья. – Ежели моя внешность более его не раздражает, я должна быть счастлива тем?
- Как же вы оба упрямы, - вздохнула Кити. – Вы оба могли бы быть счастливы, вместо того, чтобы лелеять в душе былые обиды.
- Вы многого не знаете, Кити, - грустно заметила Софи.
- Я непременно поговорю с ним, - решила девушка.
- Бога ради, Кити. Оставьте эту мысль, - раздражённо ответила Софья. – Я уже жалею, что доверилась вам.
- Хорошо. Я не скажу брату о нашем с вами разговоре, - кивнула Кити, в душе собираясь непременно открыть брату глаза на то, в чём, по её мнению, он был совершенно слеп.
Катерина впервые столь откровенно говорила с Софьей о её жизни с Раневским, и ей показалось, что Софи вовсе не так равнодушна к супругу, как хочет показать то. Конечно, Александр привезя жену в Рощино, слишком мало уделял ей внимания: сначала он уехал в столицу, чтобы пристроить этого мальчишку Сашко, потом в Москву и вот ныне, когда он вернулся, он непременно должен изменить своё отношение к жене. Вскоре показались ворота усадьбы, и девушки, понукая лошадей, устремились к дому. Скачки наперегонки по подъездной аллее при возвращении с прогулки сделались уже в своем роде традицией.