Войдя в переднюю, Софья направилась в свои покои. Кити остановилась у подноса, на который складывали поступающую в усадьбу корреспонденцию.
- Софи, - окликнула она её, - Вам письмо.
Софья похолодела. Первой мыслью было, что это Корсаков вновь решил написать ей. «Но как он мог осмелиться писать сюда?!» - с негодованием подумала она. Взяв из рук Кити конверт и распознав округлый с завитушками почерк тётки, Софья выдохнула с облегчением.
- Это от тётушки, - улыбнулась она Кити. – Прошу меня извинить, - подобрав подол амазонки, Софи устремилась вверх по лестнице.
Устроившись у окна на кушетке в будуаре, она торопливо надорвала конверт и, развернув послание, погрузилась в чтение.
«Софи, моя дорогая девочка, жаль, что ты не приехала вместе с супругом в Москву, и мы так и не увиделись. Спешу поделиться с тобой счастливой новостью. Лиди просила приехать меня к ним в Воздвиженское, потому как ожидает своего первенца. Ты не представляешь, как я была счастлива узнать о том. Надеюсь, и вы с Александром не станете затягивать с появлением наследника. Пётр Гаврилович просил передавать тебе приветы, что я и делаю с превеликим удовольствием. Его здоровье в последнее время значительно улучшилось, и он даже стал выходить и ездить с визитами. Хотя мы все стали замечать за ним некие странности. К примеру, твой дед совершенно уверен, что неминуема война с Bonaparte и всем о том рассказывает.
Андрей сделал предложение mademoiselle Ильинской, и она приняла его. Не могу сказать, что меня устраивает этот брак. André достоин лучшей партии, чем эта холодная девица. Но может, я ошибаюсь? Софи, я знаю, что имение Ильинских граничит с Рощино, может быть, ты лучше знаешь эту девушку и успокоишь моё материнское сердце. Напиши мне, дружочек. Я буду ждать твоего ответа.
P.S. Софи, я не хотела бы, чтобы ты сочла мои слова вмешательством в твою жизнь, но всё же напишу тебе. В Москве ходят слухи, что твой супруг был замечен в скандальной связи с некоей madame Домбровской. Сама я не верю этим толкам, и считаю, что это всё домыслы скучающих светских кумушек. Уверена, что у вас всё хорошо, но, тем не менее, считаю своим долгом сообщить тебе обо всём».
Смяв письмо, Софи швырнула его на пол. Болезненно заныло в груди. «Не может быть того! Не может!» - сжала она ладонями виски. Поднявшись с кушетки, она беспокойно заметалась по комнате, подняла с пола скомканное письмо Ольги Николаевны и, разгладив дрожащими руками смятый лист, вновь перечитала его. Строчки расплывались перед глазами и, срываясь с пушистых ресниц, слёзы капали на бумагу, оставляя на ней радужные пятна от расплывающихся чернил. Несколько раз глубоко вздохнув, дабы успокоить разыгравшиеся нервы, Софи попыталась припомнить madame Домбровскую. Но в её памяти сохранился только образ некоего пожилого господина, с которым её знакомили в первый выход в свет. «Боже мой, она ведь должно быть в летах. Вестимо, это всё слухи!» - прерывисто вздохнула она.
В двери тихо постучали. Быстро оттерев слёзы тыльной стороной ладони, Софья запихала смятое письмо между подушками. В комнату заглянула Кити:
- О, простите, Софи, я, видимо, не ко времени, - стушевалась она, заметив расстроенный вид снохи.
- Входите, Кити, - отозвалась она.
- Дурные новости? – поинтересовалась девушка, присаживаясь рядом с Софьей на кушетку.
- Вовсе нет, - пожала плечами Софья. – Тётушка написала, что Лиди в тягости, и она собирается ехать к ней в Воздвиженское. Дедушке стало значительно лучше, - улыбнулась она. – Андрей сделал предложение mademoiselle Ильинской. Вот, пожалуй, и всё.
- Андрей Дмитриевич сделал предложение Надин? – сникнув, переспросила Кити.
- О, мой Бог, Кити, я не хотела огорчить вас, - покачала головой Софья.
- Я не расстроена, нисколько, - поднялась Кити. – Правда, не стоит беспокоиться. Прошу прощения, что побеспокоила вас, - заторопилась она к выходу.
Выбежав из покоев своей belle-soeur, Кити, не разбирая дороги оттого, что слёзы застили глаза, бросилась к себе в комнату. По дороге она налетела на брата, и только его крепкая рука удержала её от падения.
- Кити! – остановил её Раневский, с тревогой вглядываясь в побледневшее лицо. – Что тебя расстроило?