- Бог мой! Кити! – побледнел Чернышёв, глядя как она уходит под воду.
Торопливо развязав кушак и скинув долгополый форменный сюртук, Серж взобрался на перила и прыгнул. Толпа за спиною загудела. Нырнув в мутные воды, Чернышёв ухватил девушку руку и потянул наверх. Вынырнув на поверхность и удерживая её одной рукой Серж огляделся. Взобраться на набережную было решительно невозможно, плыть против течения к тому месту, где можно было выбраться на берег, у него не хватило бы сил, да и вода была дюже ледяная, сводило мышцы. Кто-то спустил с набережной верёвку.
- Ваше благородие, сюда! – кричали ему с берега.
Через четверть часа, оказавшись на берегу, Чернышёв едва смог подняться с колен. Кити заходилась в кашле, выплёвывая воду, которой успела наглотаться. Алёна с глазами полными слёз трясущимися руками протянула ему его сюртук.
- Пальто с неё сними, - кивнул Чернышёв на Кити, обращаясь к перепуганной прислуге.
Закутав девушку в свой сюртук, Серж увлек её к коляске, всё ещё стоявшей на мосту.
- На Мойку гони! – бросил он кучеру, усаживаясь подле Катерины, которую трясло в ознобе.
- Зачем? – трясущимися губами прошептала она. – Зачем вы прыгнули за мной?
- Это я вас должен спрашивать, какого чёрта вам вздумалось устраивать сие представление? – зло отозвался Чернышёв, чувствуя, что и самого его до костей пробирает холод.
Оставалось надеяться, что кучер графини Загряжской догадается позаботиться о его лошади. Кити молча отвернулась. Она и сама себе не смогла бы, пожалуй, объяснить, отчего его холодность к ней такой болью отозвалась в груди. Когда она перегнулась через перила, мысль покончить со своим существование так, как это сделала «Бедная Лиза», казалась ей удачной, но оказавшись в холодной воде, она вдруг испугалась и принялась изо всех сил барахтаться, пытаясь удержаться на плаву. «Боже, как это унизительно, - вздрогнула она, - что моим спасителем оказался именно Серж». Сейчас бы она предпочла, чтобы он никогда не узнал о её глупости, а ныне получалось, что он ещё и принял во всём этом самое деятельное участие.
В полном молчании добрались до дома на Мойке. Когда коляска остановилась, Сергей выбрался из неё и, не слушая робких возражений Кити, на руках внёс девушку на крыльцо.
- Расплатись, - бросил он ошеломлённому дворецкому, взглядом указав на извозчика.
Войдя в переднюю, Чернышёв поставил Кити на ноги и повернулся к замершей в немом изумлении прислуге:
- Переодеть и согреть!
Он уже направился к выходу, когда Кити окликнула его:
- Сергей Васильевич, спасибо вам.
- За что? За то, что помешал вам утопиться? – саркастически поинтересовался он.
- За то, что спасли мне жизнь, - опустила глаза Кити. - Вам бы тоже переодеться надобно. Здесь есть вещи Александра.
Взяв свой сюртук, Чернышёв надел его поверх мокрой одежды и молча удалился, оставляя на паркете мокрые следы. Едва за ним закрылась дверь в переднюю вбежала запыхавшаяся Алёна.
- Ох! Екатерина Сергеевна! Да что же вы это? Да как же можно было? – принялась причитать она, поднимаясь вслед за барышней по лестнице. Растерев Кити водкой и велев ей выпить рюмку, Алёна уложила девушку в постель и накрыла двумя одеялами. Спустя час, прервав свой визит к графине Любецкой, появилась Софья. Едва только лакей, посланный дворецким Фёдором, служившим господам ещё при бабке Софи, сообщил о случившемся, она извинилась перед Натальей и спешно покинула немногочисленное собрание в салоне графини. Кити она застала спящей, и потому подробности происшествия ей пришлось выяснять у Алёны. Внимательно выслушав сбивчивые объяснения своей камеристки, Софья пришла к выводу, что спасителем Кити стал Чернышёв. «Весьма странно. Отчего Кити решилась на такой отчаянный шаг именно после случайной встречи с Сержем? И не говорит ли это о том, что она вовсе не так равнодушна к поручику. Бедная девочка совсем запуталась в своих чувствах, - вздохнула Софья, размышляя над тем, как произошедшее преподнести Александру. - И кем были спутницы Чернышёва, ставшие свидетелями всего? Кем бы они ни были, вряд ли дамы станут держать рот на замке, - расстроилась Софи. – Поползут сплетни, и общество будет строить догадки, а то и попусту выдумывать причины такого поступка. Самым разумным решением было бы уехать как можно дальше, лучше в Рощино. Но, впрочем, может быть, всё ещё обойдется? Серж ведь не станет хвалиться этим».