- Как прошел твой визит к Соловьёвым? – поинтересовалась она, не оборачиваясь к мужу.
- Прекрасно. Нинель весьма огорчилась, что ты не смогла принять её приглашение и просила передавать тебе приветы и пожелания скорейшего выздоровления, - присаживаясь в кресло, ответил Алексей.
- Не сердись, mon cher, – отвлеклась от созерцания пейзажа за окном Лидия. - Дети Соловьёвых столь шумные и невоспитанные. После их визита к нам, я почти целый день пролежала с мигренью, - добавила она.
- Ну, а как твой день прошел, душа моя?
- Попыталась было читать, - махнула рукой в сторону раскрытой книги Лидия, - но этот беспрестанный стук за окном меня постоянно отвлекает.
- Скоро ремонт павильона будет закончен, - улыбнулся Алексей, - и в усадьбе вновь воцарится тишина, а мы сможем наслаждаться чаепитием на свежем воздухе тёплыми майскими денёчками.
- Как долго ты собираешься пробыть в Воздвиженском? – недовольно спросила Лиди.
- Полагаю, до начала сезона, - задумчиво отозвался Корсаков, прикидывая в уме, что ему хотелось бы сделать за лето в имении.
- Так долго! – поднялась с софы Лидия.
- Скучаешь по своим столичным поклонникам? – иронично осведомился Алексей.
- Как вы могли подумать обо мне такое, Алексей Кириллович? – перешла на «вы» Лидия, как то случалось каждый раз в преддверии очередной ссоры.
- Полно, mon coeur, - вздохнул Корсаков. – Ныне я не желаю ссориться с тобой. Я пойду, пожалуй. Мне ещё с управляющим хотелось бы свидеться сегодня.
Качая головой, Алексей покинул бельведер. Дела в Воздвиженском давно велись управляющим, поскольку хозяин редко наведывался в родовое гнездо. Алексей полагал, что женившись, он станет чаще бывать в имении. Ему вспоминалось, каким было Воздвиженское при жизни его отца и очень хотелось, чтобы в усадьбу вновь вернулось былое великолепие. Корсаков очень хотел, чтобы огромный особняк стал домом для большой семьи, он даже подумывал о том, чтобы выйти в отставку и всю свою жизнь посвятить этой самой семье. Вести дела самому было приятно, создавалось ощущение собственной нужности и полезности. Приятно было видеть результаты принимаемых им самим решений, замечать изменения, происходящие в усадьбе. Да взять хотя бы летний павильон. Ещё седмицу назад он являл собой жалкое зрелище: полуобвалившаяся кровля, потрескавшаяся штукатурка и разбитые окна. А ныне… ныне в свете заходящего солнца блестели вставленные стёкла, новые свежеструганые деревянные перекрытия вместо потемневших сгнивших балок радовали глаз.
Как вышло так, что его интересы оказались прямо противоположными чаяниям его супруги. Неужели она полагала, что вся их жизнь будет чередой светских раутов и увеселений иного рода? Он неоднократно задавал себе эти вопросы, но ответы на них можно было получить, только решившись на откровенный разговор с Лидией. Алексей всё откладывал его, полагая, что время для такого разговора ещё не пришло, но, видит Бог, нынешним днём чаша его терпения была уже переполнена. Вернувшись после беседы с управляющим, он прямиком направился в покои Лидии:
- Ma chérie, могу я говорить с вами откровенно?
- Вы пугаете меня, Алексей Кириллович, - отозвалась Лидия. – Ваш вид столь серьёзен, что я начинаю думать, что разговор сей удовольствия нам не доставит.
- Возможно, - согласился Корсаков. – Я полагал, что соглашаясь стать моей женой, вы понимали, чего я жду от вас.
- И чего же вы от меня ждёте? – взмахом руки отослав прислугу, вскинулась Лидия.
- Ребёнка, сударыня. Почти год минул с нашей свадьбы, я вами не пренебрегаю, так объясните же мне Бога ради, что с вами происходит?
- Вы считаете, что в том есть моя вина? Если Господь не дал нам дитя, значит, я виновна в том?
- Лиди, вы долго водили меня за нос, - вздохнул Корсаков, - и я делал вид, что мне ничего не известно, надеясь, что вы сами захотите того же, что и я.
- Что вы хотите сказать тем? – насторожилась она.
- Я хочу сказать, что вы злоупотребляете моим доверием, Лиди! - вышел из себя Алексей.
- Но что, если дело не во мне, а в вас?! – едва не взвизгнула Лидия.
- Идёмте, - схватил жену за руку чуть повыше локтя Корсаков.
- Бога ради, скажите, куда вы меня тащите? – выдернув руку их хватки супруга, остановилась Лидия.
- Вы сами всё увидите.