[1] Расстояние от Роскилле до Вордингборга примерно 80 км, Лошадь преодолеет это расстояние 8-12 часов, приблизительно за день. То есть туда и обратно можно со сменой лошади добраться за сутки.
[2] Это признаки сепсиса, по простому заражение крови. В те времена (да и сейчас, если опоздать с лечением) от этого умирали.
ГЛАВА 46 СОНЬКА
ГЛАВА 46 СОНЬКА
1174 год, Роскилле - Магграфство Браденбург
Первое время я заперлась в своей комнате и не хотела никого видеть, не детей и не тем более мужа. Приходившего лекаря я отсылала, ничего в этой жизни мне уже не хотелось. Думать о детях мне было больно, их судьбы меня беспокоили. Но я знала отец их не бросит, они всегда будут под присмотром.
Закончилось всё тем, что в один из моих, в последнее время, редких выходов в собор на службу, ко мне подошел Абсолон.
- Софья, посмотри вокруг, что ты видишь?
Я подняла глаза и осмотрелась, рядом стояла Софья, и маленький Вальдемар. Чуть в стороне у икон на коленях молились Мария и Маргарита с Кнудом. А ещё дальше люди из ближних, они смотрели на меня.
Непонимающе я повернула голову к священнику.
- О чём ты говоришь?
- О том, что вокруг живые люди. И ты живая...
- Оставь уж Абсолон свои поучения, я ещё помню тебя без облачения церковного, - укорила его, не так он и безгрешен.
- Я изменился, если ты не видишь. Сам выбрал такой путь, ему и следую. А вот ты потерялась...
- Да, это так. Мой путь замела метель жизни. Ничего не вижу и никуда не иду.
- Вижу. Ты понимаешь, что разрушаешь своим безразличием всё вокруг? И семью теряешь и мужа отворачиваешь.
- Хочешь сказать, что я не борюсь за свою жизнь, что несёт меня только лишь течение её. А сам то ты? Не боролся даже за Эрну.
Проговорив это я сама испугалась сказанного. Подняв глаза встретилась взглядом с епископом.
- Я отпевал её и провожал в последнюю дорогу, надеюсь что мы встретимся с ней на небесах. Я стараюсь быть достойным её безгрешия, чтобы быть там вместе.
- Прости Абсолон, я была не права...
Я повернулась желая прекратить этот болезненный разговор, но епископ остановил меня.
- Все мы совершаем ошибки, но есть ещё время и силы их исправить.
- Ошибки... Исправить...- проговорила я задумавшись.
Понимая насколько Абсолон образован и умён, я ценила его слова. Он не просто был образован, он и вокруг людей обучал. Он интересовался историей и культурой своей страны, поручил Саксу Грамматику написать всеобъемлющую хронику истории данов [1]. Ещё в 1171 году Абсалон издал "закон о церкви Зеландии" [2], который сократил количество нарушений канонического права, за которые церковь могла штрафовать общественность, и одновременно ввел систему оплаты десятины. Нарушение закона было определено как предмет светского судебного процесса.
Мы какое-то время молча смотрели друг на друга и думали, а потом Абсолон продолжил.
- Софья, обрети себя, чтобы почувствовать жизнь и счастье.
Я дёрнулась от его слов, такую боль они мне причинили. Больше ничего не говоря, я ушла.
Дома я несколько дней просидела в своих покоях, обдумывая сказанное священником. В его словах была истина, и от понимания этого в душе всё переворачивались. Принимая решение, я понимала что это может разрушить всё, что я так вдохновенно строила в своей жизни. Замки из песка, такими мне виделись эти строения моей жизни. Я хотела ветра перемен, даже если он снесет всю мою предыдущую жизнь. На тридцать пятом году своей жизни, я позволила вновь вернуться Соньке. Она должна жить, вопреки всему. Воплотить в жизнь всё о чем она мечтала, что ей снилось и к чему её тянуло.
Осознав свои стремления я быстрым шагом направилась к покоям мужа. Распахнув дверь я заметила напуганных слуг, что шарахнулись в сторону.
- Вальдемар! - я посмотрела на умывающегося мужа.
Король выпрямился и повернув голову посмотрел на меня. Рукой махнул слугам, чтобы они вышли.
- Скажи мне мой муж, почему в Роскилле нет ни музыкантов, ни певцов? Почему при дворе короля данов, нет своих лекарей и строителей? И где сам королевский двор? Где нарядные платья королевы и дочерей короля? Где дамы и рыцари?
Муж внимательно смотревший на меня, отбросил в сторону ткань, которой вытирался.
- Тебе мало украшений, что я дарил? - выгнул он бровь дугой.
- Меня не интересует их блеск и ты это знаешь. Я о другом говорю, о том чтобы все видели силу и могущество короля данов. Она у тебя есть Вальдемар, это без сомнений. Так пусть все видят и уважают. А для этого людям нужно видишь блеск и шелуху поверхностную. Да и не мешает твоим дочерям знания о мире вокруг. Ты же собираешься их выдать замуж за достойных их положения мужей?
- Да, ты как всегда права. Кстати для Софьи пора подбирать мужа.
- Вот, поэтому нужно многое сделать в самом Роскилле. Для начала пошить нам платья...
Я принялась уже размышлять.
- У вас их разве не в достатке? - удивился король.
- Вальдемар... У моих детей нет не в чём недостатка благодаря тебе.
Муж удовлетворительно кивнул, а я продолжила.
- Ты давно был на другой стороне? Вальдемар, ты хоть понимаешь, что их засмеют иностранные принцы и даже магграфы.
- Кто это посмеет? - ударил муж кулаком по столу.
- Боясь тебя, они не будут делать это тебе в лицо, а вот за спиной...
- Сонька, хватит загадки мне загадывать. Что ты хочешь сделать?
- Пойдем, для начала примем пищу, - Вальдемар вновь удивленно дернул бровью, но последовал за мной.
Вместе мы вошли в помещение где обычно вкушали пищу, ели мы за разными столами. Вальдемар сидел за большим, уставленным множеством блюд. Я обычно в углу, за маленьким и блюд было мало, так как я предпочитала простую и не жирную пищу.
В этот раз я направилась к столу мужа и села на скамью, раньше короля.
Муж видимо этого не ожидал, а потому удивленно на меня уставился.
- Вальдемар садись, мы продолжим разговор.
Муж присел, но ничего не поняв продолжил на меня смотреть.
- В Риме, в Англии, в Аквитании и ещё много где, женщина и мужчина, если они муж и жена, имея достойное образование сидят за одним столом. Если ж у мужа гости, тогда только она сидит с дамами отдельно. Скажи Вальдемар, мы с тобой достойно образованны?
- Сонька, достаточно того, что ты скажешь, что хочешь сидеть за одним столом со мной.
Я не ожидала подобной речи от него, он вновь всё не так понял.
- Ты понимаешь, что дети должны об этом знать. В будущем им предстоит так себя вести.
- Угу, - потянулся муж за едой и добавил.
- Софья думаю с эти справится. А вот Марию и Маргариту придется после обморока откачивать.
Я на эти его слова недовольно нахмурилась.
- Пусть привыкают понемногу.
Король больше ничего не говорил, принимал пищу спокойно и неторопливо. А вот мне с непривычки кусок в горло не лез, но я упорная и потому привыкну.
Ещё через несколько дней я попросила у мужа пригласить мастеров из Византии, а ещё и с земель Руси. Мне хотелось. чтобы они написали для моих детей псалтыри, каждому на языке, что он пожелает. Софья попросила на языке греческом, именно на нем были написаны псалтыри моей родины. Кнуду, Марии и Маргарите будут писать на латыни. А вот Вальдемару и своей ещё не рожденной дочери я дам выбор позже, когда они немного подрастут.
Муж и эту мою просьбу выполнил молча, будто я и не просила ничего у него.
А вот когда я узнала, что он вновь уходит из Роскилле в соседние земли. На мою просьбу взять меня с собой, он ничего не ответил. Лишь на следующее утро, заговорил об этом сам.
- Софья...
Удивительно от него было слышать это моё имя.
- Тебе в дороге будет тяжело, да и куда я денусь-то. Я тебе уж говорил, ты моя жена до конца моих дней.
Я не сразу поняла сказанное, но всё же удивлена была.
- Муж, мне нужно побывать в Браденбурге[3]. Понимаешь?
- Зачем? - муж не понимал.
- Насколько я знаю, там будут рыцари и дамы ближних графств и магграфств. Я должна это увидеть, понять и дать детям знания о мире вокруг.
Муж молча на меня смотрел, было видно он думает.
- Да, и не только они, будут и посланники короля Генриха, герцог Анжуйский, кто-то от Аквитании и Гаскони, ожидается представитель императора Фридриха и возможно сам король Франции Людовик VII.
- О тем более, я должна это видеть.
Муж продолжал молчать и думать. А затем резко наклонился ко мне и произнес мне почти в ухо.
- Сонька, почему ты так надолго бросила меня в этом мире...
От неожиданности его слов я уставилась на мужа. А он сгреб меня одной рукой и прижал к себе.
Мы отправились в Браденбург вместе, впервые. Лекарь сопровождал меня, до родов оставалось два месяца и я надеялась вернуться к их сроку в Роскилле. Дети, в том числе и старшая Софья остались дома, под присмотром пестуний и слуг.
У меня было странное ощущение, будто какое-то ожидание чуда. А потому, я как и любая женщина, выбрала лучшие свои платья и драгоценности, многого не понимая, я действовала опираясь на свои ощущения. Выбор мой пал на простое платье, красного цвета расшитое драгоценными камнями пошитое по византийскому и русскому обычаю[4]. Так по моим задумкам шили платья для меня местные мастерицы.
Наудивление легко мне далась дорога, было необычно увидеть в дороге поселения. Но как только мы приблизились к границам нашего королевства, я испытала беспокойство. Как всё пройдет, не буду ли я нелепо смотреться на фоне других дам.
Событие на которое мы ехали было свадьбой магграфа Бранденбурга Отто I с Адой Голландской, Отто был сыном знаменитого Альберта I Медведя. Это был великий человек, сильный и красивый мужчина. Я застала его уже умудренным стариком, его жену звали Софи и было у них дюжина детей. Его старший сын Отто женился во второй раз, первая его жена умерла.
Вальдемар взял с собой в дорогу сына граф Германа I Орламюнде[5], граф проводил пол жизни в бесконечных крестовых походах, и в борьбе за графство с с ландграфом Тюрингии Людвигом III. Не единожды попадал в плен и потому опасаясь за жизнь наследника, отправил сына Зигфрида под опека своего союзника короля данов. Зигфрид был скромным и добропорядочным юношей, которому пошёл уже девятнадцатый год.