На следующий день мне звонит мой куратор из главка: «Ты насмешил весь главк. Этого осла из кадрового управления никто не любит, до всех докапывается, он ведь строевой офицер из армии, он рапорт о твоем недостойном поведении написал, жирным выделил про «лошадиную» расческу. Генерал ржал до слез и сказал объявить тебе замечание, устное».
«Есть замечание!» – отвечаю я.
По возвращении в отдел меня еще долго подкалывали с «лошадиной» расческой, особенно руководство. А кадровик целую нотацию прочитал, как должен выглядеть и вести себя современный милиционер в свете приказа № 1138 «Об утверждении кодекса профессиональной этики сотрудников органов внутренних дел». Но, с тех пор, ни один проверяющий у меня расческу больше не спрашивал, хотя я уже купил другую, самую маленькую, на, буквально, 5 зубьев, что бы в нагрудный карман рубашки помещалась.
Злой рассказ (Так как-то).
В данном рассказе используется милицейский и бандитский жаргон, местами ненормативная лексика, поэтому прошу прощения за мой хфрацузский (если нужен перевод обращаться в «личку»).
Я помню, когда создали управление собственной безопасности – УСБ – в 1995 году. Основной задачей данного подразделения было провозглашено – защита сотрудников милиции от бандитских проявлений, а именно защита сотрудников и их семей от наездов бандитов. Бандюганы тогда ничего не боялись: ни черта, ни Бога, ни тюрьмы. Только одного они боялись – «оборотки», всем жить хотелось. А как законно? Пистолет с собой постоянно таскать? А кто жену и детей защитит? Даже страшный ОМОНовец, или ужасный ОМСНовец становится кротким, как ягненок, когда на кону жизнь его семьи, а сами понимаете, что спецподразделения всегда как на передовой, а в 1994 году еще 1-я Чеченская началась.
Короче, для защиты милицонеров создали УСБ. Но, по прошествии небольшого времени, так как-то получилось, что УСБ возглавило борьбу с сотрудниками милиции, да ладно еще со взяточниками разными и явными преступниками, а даже сотрудник, защищая свою жизнь и здоровье, и применяя оружие, при расследовании сотрудниками УСБ, мог легко «заехать» за превышение служебных полномочий. Так же легко УСБешники справлялись с несговорчивыми операми или следаками, которые пытались хоть как-то «уструнить» организованную преступность.
Стала служба УСБ как-то не так свои обязанности исполнять, а про основную задачу и забыли совсем, некогда им, «план» (лесопокос в милиции никто не отменял, поэтому «палки» и УСБешникам рубить приходилось), да заказы бандитские надо исполнять, опять же «крышевать» нелегальный бизнес, чтобы простые менты, не дай Бог, «лавочку» не прикрыли. Вы думаете, что я хулу облыжную на своих бывших коллег возвожу. Хорошо.
2004 год. Осень. К нам обращается с заявлением девочка 17 лет, о том, что ее трое подонков изнасиловали, посадили насильно в машину возле школы средь бела дня, вывезли на окраину деревни и изнасиловали, ни одна сука за девчонку не вступилась, мало того, никто, сволочи, в милицию не позвонил, их «хата с краю». Показания потерпевшей при осмотре места происшествия подтвердились сразу. Ненавижу эту гнусь – насильников, правильно таким тварям на Руси брюхо вспарывали, пусть по своему дерьму в Пекло шагают. При допросе она указала на одного из участников, стали выяснять, что за человек, оказалось сутенер, в стольном губернском городе живет, там свой «клубничный бизнес» имеет. Чего этой твари не хватало? Хотел, таким образом, новую девочку к себе «на работу» устроить? Говорю же – мразь конченая.
Человек есть, место где «работает» знаем, решили поехать вечером, «брать» на «работе», так как адреса домашнего не знали. Погрузились втроем в машину, следак прокурорский нам повестку выписал, сам на стреме нас с насильником ждет, тронулись. Приехали в губернский город, подъезжаем к точке и очень культурно-вежливо предлагаем этой гнуси поехать с нами: «Так и так, мол, на Вас поступило заявление, Вам необходимо проехать с нами для допроса. Вот повестка». Не захотел бы сам – не поехал, как бы «руки не чесались», нельзя. Доехали без всяких эксцессов, в дороге даже не разговаривали.
Только доехали до отдела. Опера со следаком прокурорским принимают этого выродка, … а три опера из УСБ со следаком из областной прокуратуры нас, вот это ни хрена себе (и это мягко сказано). Как успели? Сутенер при нас не звонил никому, значит, позвонили его подельники своей «крыше», те успели собраться, поднять следака прокурорского и раньше нас приехать в отдел. А что мы не скрывались: были в форме, представились, ксивы показывали.
Меня лично допрашивали всю ночь. Опер из УСБ три раза объяснение переписывал, потому как в объяснении я лично писал, что таких показаний не давал, и все что здесь написано полная чушь, потому что никакого физического, психического, психологического и иного воздействия я на сутенера не оказывал, он в машину сел сам, по своей воле, в дороге его никто не трогал, даже не разговаривал с ним. Опер УСБешный чем мне только не грозил, чтобы я, по его словам, «правду» рассказал, и тогда срок мне и моим коллегам скостят, даже, между прочим, обещал, если я останусь на своих показаниях, то ко мне домой бандиты приедут, а в его силах это предотвратить – только подпиши. Потом плюнул и отправил на допрос к следаку областной прокуратуры, которого я сразу предупредил, что если он не напишет то, что говорю я, то его протокол ждет тоже самое, что и объяснения опера УСБ. Двух других сотрудников прессовали так же как меня, да только тоже все бестолку – каяться в том, чего не делал, чтобы эта мразь сутенерская от уголовной ответственности ушла, да еще эти (не хочу их ментами называть – сволочи они) на нас себе «палку» сделали, ХРЕН ВАМ! Мы еще своей чести офицерской ментовской не пропили и за деньги бандитские не продали! (Уголовное дело в отношении нас возбудить не удалось, наш следак прокурорский – молодец, первым делом эту мразь сутенерскую на медицинское освидетельствование отправил на побои, не нашли у того ничего, даже самого маленького синяка, а копией заключения он с нами поделился. «Курите ногу» УСБешники!)