– Да. Сегодня нам надо посетить моего друга Энди, я покажу ему медальон, а ты покажешь свою руку. Ему лучше не знать, что ты человек. Видишь ли, за эти трюки с перемещением к людям моему братцу грозит наказание, а я бы очень этого не хотел, – он говорил сухо и серьёзно.
– Ах вот почему об этом нельзя говорить! – хлопнув себя по лбу воскликнула Мари, – А я-то голову ломаю зачем из этого делать такую вселенскую тайну.
Хмурые брови Дарио поползли наверх, показывая крайнее удивление столь эмоциональной реакции и несдержанности. Она поняла, что отреагировала слишком бурно и, более того, что ничего не могла с собой поделать. Ей было сложно спокойно стоять на месте, казалось, она может пробежать марафон не моргнув глазом. Не зная куда деть руки она перебирала пальцами, как если бы играла на невидимой флейте.
– Ты много фруктов съела?
– Один жёлтый плод. Это от него меня так колбасит? Будто моё тело мне не принадлежит.
– Значит их больше не ешь, для тебя слишком много энергии. Подберём что-нибудь другое, но в таком состоянии нельзя показываться у Энди. Лана даст тебе что-нибудь успокаивающее. – он явно был озадачен, – Как вовремя! Иди к нам, дорогая. Возникли сложности с фруктами, можешь уравновесить её состояние? Мы не можем откладывать поездку, время поджимает.
– Надо же, как мало надо людям энергии, – не менее удивлённо заметила Лана, – пойду приготовлю что-нибудь.
Прежде чем выйти она поцеловала в мужа в щёку и погладила по руке, похоже, что лишь она могла его успокоить даже когда всё шло не по плану.
– Пока мы ждём зелье я должен поговорить с тобой ещё об одной не менее важной вещи. Это касается моей дочери. Лизи и Энди близкие друзья и, насколько нам известно, после возвращения Лизи они пойдут к Старшим для благословения их брака. Я прошу как отец, держись от Энди подальше, не хватало чтобы он увлёкся тобой. Я ему всецело доверяю, но и про «разбитое сердце» моей дочери помню. Пойми меня верно и не держи зла, – говорил он, не отводя своих голубых глаз от Мари.
– Ну, знаете ли, у всего есть предел! За кого вы меня принимаете? Я не хотела очутиться в вашем мире, не хотела получить эту грёбанную Метку и вообще я не понимаю в чём моя вина? Вы смотрите на меня как на врага, а прошу заметить, что я ничего плохого ни вам, ни вашей семье не сделала. Тогда какого чёрта вы от меня хотите? Оставили бы подыхать и дело с концом! – возмущённо отчитывала его Мари.
Дарио внимательно наблюдал за ней и подметил, что рукой она держится за Метку. В комнату вошла Лана с маленькой чашечкой, больше напоминавшей напёрсток.
– Всё в порядке? – протягивая чашечку Мари спросила она.
– В полном, – процедила она, выдернув зелье у Ланы из руки, – просто выпить это?
– Да, только у него неприятный вкус, – с лёгкой обидой в голосе ответила Лана.
– Дорогая, это Метка разгорячила её. Болит? – кивнув на руку спросил Дарио.
– Есть немного, – уже спокойнее ответила она, скривив лицо от гадкого горького зелья.
Пару минут спустя оно подействовало как надо и перевозбужденную Мари перестало штормить. Дарио вышел на улицу как он выразился «подготовить транспорт».
– С вещами я поработала, они теперь не пропустят твоё тепло. Сходи выбери что-нибудь, пора отправляться, – Лана поглаживала её по плечу.
Настроение испортилось и Мари плелась по лестнице едва поднимая ноги. В комнате стоял большой шкаф и вещами Лизи, где она выбрала длинное синее платье с коротким рукавом, но максимально закрывающим грудь. Ей были понятны, хоть и неприятны указания Дарио относительно Энди, а поэтому она решила одеться как можно скромнее. Глядя на себя в зеркало, она увидела протрет девочки на туалетном столике. На вид лет четырнадцати с золотистыми волосами и нежно-голубыми глазами. Мари взяла в руки рамку с рисунком и он подмигнул ей в ответ. Снизу была подпись: «Обожаемой Лизи на память от Энди».
– Готова? Пошли, транспорт подан, – открывая входную дверь Дарио поторапливал Мари.
– Мы что, поедем на них?! – воскликнула она.
Перед домом красовались крылатые львы, те самые, что кружили над ними с Майком, когда он нёс её в дом.
– Не бойся, для тебя я поставил крепление, пока не скажу загаданное слово – оно не отстегнётся. Давай руку.
С дрожью в ногах она взобралась на льва, подобрала платье и вцепилась руками в гриву.
– Ну, в добрый путь! – пришпоривая странное существо скомандовал Дарио.
Полёт на львах явно не то к чему привыкла Мари, однако, оказалось что это приятное занятие. Пролетая над озёрами и усыпанными цветами полями ей снова вспомнилась безмятежная юность, проведённая с матерью, бабушкой и дедом в деревне. В душе были сожаления о том, что давно не навещала родных, полностью погрузившись в работу. Бесконечная суета, ненужные покупки, а порой и неискренние друзья. Именно в тот миг она твёрдо решила, что если ей удастся вернуться домой, то первым делом ей необходимо посетить свою родину, обнять близких, глотнуть колодезной воды и пройтись босой по земле, что её вскормила. Она прильнула к шее льва и крепко обняла его, чувствуя крепкие мышцы под шерстью Мари впервые ощутила себя в безопасности.