Я же сейчас висела в воздухе, а подо мной всюду куда не кинь взгляд простиралась вода. По ней сверху прямо по ее поверхности бушевал огонь, поднимаясь вверх алыми и голубыми языками. Он смешивался с водой, создавая какую-то непонятную мне стихию, а вокруг меня дули ветра, ураганы, поднимая волны из огненной воды. Местами, из воды поднимались небольшие островки, которые охватывало пламя и закрывали набегающие волны, а с неба лил легкий дождик. Часть воды была кристально чистой, такой, что я могла разглядеть дно. Я висела внутри сферы с прозрачными стенами и чувствовала лишь ту воду, что была внутри вместе со мной. Она была идеально чиста, огонь не касался её. Внутри сферы дул легкий ветерок и я видела песчанное дно.
Та же вода, что окружала вне сферы, была бурной и именно она, в соединении с огнем, создавала настоящий шторм.
Я выдохнула и вернулась в реальность.
- Ничего себе, слабенький дар огня, который не повредит воду, - передразнила я рыжика.
- Так спокойно, как обращаться с водой я знаю, на память не жалуюсь и отца слушала прекрасно, а вот что делать с огнем, воздухом и землей. Я напрягла память, пытаясь найти что-нибудь из воспоминаний Ланы о занятиях с ее стихией.
Хм, перед глазами проносились картинки с бешеной скоростью. Вот ее пытаются учить танцам, а она сбегает и носится с какими-то мальчишками по лесу.
Вот ее зовут на медитацию и пока учитель рассказывает что и как нужно делать, Лана убегает через открытое окно в конюшню.
В итоге отец плюнул и отозвал всех учителей. Вместо этого с Ланой занимались. Да ладно.... Я чуть не упала. Рукопашный, бой на саблях, шпагах и рапирах, метание ножей и дротиков. Бой с посохом и подручными средствами. Верховая езда.
Я сделала какой-то выпад и пришла в неописуемый восторг, тело все помнило. Попытавшись найти личные воспоминания, ничего не нашла. Совсем. Только пустота. А вот мои воспоминания были на месте. Все таки значит остались только знания и опыт. Так и как я узнаю кто есть кто.
Бросив пирожное, которое все еще держала в салфетке плотно сжатой в руке на пол, я смачно раздавила его носком своего кожаного ботинка. Итнересный выбор обуви для леди. Да и вообще Лана была одета странно. Надеть кожаные мужские ботинки на голые ноги, да еще и подобие какого то корсета вместо длинной юбки, ужасно.
Нужно пойти переодеться. Я развернулась и покинула оранжерею. Ноги сами привели меня к комнате Ланы. Распахнув ее, я застыла на месте. Боги, какой ужас! Стены расписаны непонятными черными рисунками и сценами сражений, мебель гнетущего темного цвета, окна занавешены плотной тканью, на кровати темно-сливовый балдахин.
Первым делом я открыла окна. И повернулась к шкафу. На выбор более менее приличной одежды у меня ушло около часа. В итоге я обзавелась простеньким платьем в пол, без намека на талию. И туфлями без каблука. Поискав в гардеробе пояс под платье нашла ленту и завязала ее под грудью. Подойдя к зеркалу, я расчесала белокурые коротко стриженые волосы, торчащие ежиком и тщетно попыталась их уложить .
Скептически осмотрев свой внешний вид осталась не совсем довольна. Ну как можно быть довольной этим.
Из невысокой шатенки со смуглой кожей, шикарным бюстом и тонкой талией, а также потрясающими волосами почти до пола, которыми я очень гордилась, я превратилась в этого ежика-альбиноса.
Из зеркала на меня смотрел угловатый подросток. Худая, болезненно белая кожа, короткие ежиком белые волосы. Острые углы локтей и коленок. Совершенно отсутствующая грудь, да и вся фигура какой-то прямоугольничек без намека на талию или бедра. Ужас. Хотя мордашка ничего так, острые скулы, большие глаза. Я остановилась замерев и перестав дышать.
Глаза. Это были мои глаза. Карие с зеленым ободком вокруг зрачка и серо голубым кантиком радужки. Я точно помню у Ланы глаза были бледно-серые, бесцветные, а тут....
Нет, это определенно мои глаза. Насыщенного цвета. Напоминающие болото и затягивающие своей глубиной.
- Демоново отродье, - выругалась я. – и откуда такие слова взялись, никогда ведь не ругалась. Не пристало леди так себя вести.
Помню как-то лет в десять, я произнесла нечто подробное, вот ругалась королева, досталось и мне и гувернантке. Мы с ней провели в ванной комнате очень много времени отмывая мой грязный язык под присмотром матушки. Наевшись вдоволь мыла, я на всю жизнь запомнила, что леди не пачкают язык грязными словами.