- А полностью? – также с хрипотцой прошептал он.
- Вероника.
- Прекрасное имя, для моей прекрасной жены. Принимаю тебя в свой род, разделяю с тобой статус, кров и жизнь и нарекаю тебя герцогиней Вероникой Гер Тьерри-Олиен, моей супругой, владычицей моего сердца и души.
Я даже пикнуть не успела, как браслет зажегся красным и сжался вокруг моей руки, рассыпавшись огненными искрами. Мгновение и о нем напоминал только витьеватый узор на кисти.
- Документы пришлю с курьером! Прости, дорогая, но мне пора!
Он чмокнул меня в лоб и ретировался к двери.
Стоя посреди комнаты как громом пораженная, я не знала что сказать.
Демон дошел до двери, обернувшись, посмотрел на меня и в два прыжка оказался рядом.
Он притянул меня к себе, и я снова утонула в его глазах.
Прерывистый вдох и его губы мягко и нежно коснулись моих. Теплые, они властно захватили меня и я потерялась в этом поцелуе. Растворяясь в нем, плавилась от нежных прикосновений, горячих губ.
Всегда представляла свой первый поцелуй в саду или у пруда с застенчивым юношей, долго ухаживающим за мной. Тот раз в человеческом теле, когда Кайл похитил мой поцелуй, я считала не настоящим. Он был в прошлой жизни, и я почти вычеркнула его. И вот теперь этот поцелуй, он действительно стер прошлое, разделив жизнь на до и после.
Мужчина нехотя оторвался от моих губ и посмотрел куда-то вдаль.
- Второй раз за день он мне мешает!
Парень склонился, взял мою руку и галантно поцеловал лепесток цветка на моем запястье.
Когда рисунок успел переползти и на правую руку, удивилась я.
Браслет стал прекрасной татуировкой, в которой сплетались разные знаки и символы. Они украшали запястье левой руки, но и на правой проявилось несколько интересных и не известных мне знаков. Во всем этом великолепии на правой руке узнавались лишь цветы.
- До встречи, Ники!
Он шутливо поклонился и бросился прочь из комнаты, а я так и осталась стоять одна. В полном замешательстве.
Кто-нибудь, объясните, что это было?
Я всё ещё стояла посреди комнаты с широко распахнутыми глазами и держала руку на губах. Его поцелуй горел огнем и мне хотелось продолжения. С его уходом создалось впечатление, что я потеряла только что самого дорогого человека и весь мир померк по сравнению с этим. Кинуться бы следом, но я не могла пошевелиться.
Дверь в комнату резко распахнулась, и я дернулась вперед, в надежде увидеть того демона, но это была Ами и Жак. Они, запыхавшиеся и злые, влетели в комнату.
- Где он? Что произошло? Ты в порядке?
Ами поспешила ко мне и по-матерински обняла. Она гладила меня по голове, а я снова начала всхлипывать.
Жак обежал всю комнату и вылетел прочь, преследуя воришку. А он определенно был воришкой – воришкой моего сердца. Миранда как-то читала любовный роман и долго расписывала какой горячий и импульсивный главный герой, как он схватил девушку и унес её в свой дом, скрытый от простых людей высокими скалами. Помнится, я тогда ещё смеялась, что это за клуша такая, что позволила себя утащить. Главная героиня той истории долго воевала с похитителем, а потом когда он опустил руки и решил отпустить её, призналась в любви. Мира вздыхала, а я смеялась над её слезами.
Правильно матушка говорила, не смейся, не то тебя коснется. Вот и коснулась. Меня он не похитил, но все мысли занял.
- меня ласковыми словами, женщина вывела меня из комнаты, причитая о плохом воспитании, отсутствии манер и дурной компании.
Вот так ворча, как прежде в образе старушки, Амии отвела меня на кухню. На столе тут же появилась чашка горячего мятного чая и корзинка со сладостями.
Все так же обнимая, Ами всунула мне в руки чашку и пододвинула тарелочку.
Она еще какое-то время крутилась вокруг меня, пока её взгляд не упал на мои руки.
Амии замерла, она смотрела, не мигая на татуировку, украшавшую мое запястье, и я невольно опустила взгляд на свою кисть.
Знак все еще покалывало и я боялась прикасаться к витому узору. На правой руке цветы слегка выцвели и приобрели легкий серебряный отлив, а вот на левой рисунок полыхал красным, золотым и притягивал взгляд толстыми черными линиями.
Чего тут только не было, лепестки цветов, бутоны, загогульки и стрелочки, волны и языки пламени, были даже схематические животные и пара скелетов. При этом все было таким гармоничным, что ни один элемент не выбивался из композиции. Это была идеальная задумка сумасшедшего художника.