— Я понимаю, — Крис сжала кулаки. — Я к этому готова!
Кин бросил на неё оценивающий взгляд. Помолчал, прикусывая губу, отводя глаза к окну и снова поворачиваясь к ней, словно искал в себе смелость согласиться на эту авантюру. Но в конце концов, помявшись с минуту, выдал:
— Покажи, на что способна.
— Показать… щит? — почти шепотом переспросила она, скрещивая пальцы.
— Я перечислю кросы. Покажи все, что назову. Так быстро, как только сможешь.
— Но… — Крис растерянно обвела взглядом кабинет. — Прямо здесь? Сейчас?
— Рэд скоро придет, — нетерпеливо напомнил Кин. — Хочешь, чтобы я передумал?
— Я готова! — воскликнула Крис, вскакивая с кресла. — Давайте!
Он слез со стола и выпрямился, запустив руки в карманы. Мотнул головой, безмолвно приказывая Крис отойти подальше. Она попятилась и встала у стены, так, что теперь между ними было расстояние не меньше, чем в десять шагов — достаточно, чтобы показать щиты во всей красе.
Все её тело сжалось в предвкушении. Она сжимала пальцы почти до боли. Кин несколько секунд молчал, но когда открыл рот, названия кросов посыпались из него с такой скоростью, что Крис едва успевала сориентироваться.
— Заградительный. Бытовой. Штерн. Сепия. Белый. Штерн. Шевелись, Инри!
Щиты не успевали растворяться, наслаиваясь друг на друга — золотая пыль меркла в сепии, бытовой щит мерцал голубым — все переливалось и ослепляло, смешиваясь в безумной какофонии света. Крис вспотела, судорожно дёргая руками. Едва поспевала дышать.
— Сепия. Штерн. Притяжение!
Притяжение. Чёртово притяжение!
Крис знала, что этот крос был одним из низших — в университете ему не уделяли внимания, считая, что подобное Инри должны проходить ещё в школе. Но ей, проходившей свой путь в одиночку, притяжение так и не удалось освоить как следует.
Она умела делать его только одним способом. Самым кривым. Через Щит Штерна.
— Притяжение, Инри! — настойчиво повторил Кин.
И Крис обхватила щитом первое, что увидела — его самого.
И потянула.
Рывок дался с трудом.
Но стоило дёрнуть с места — и крос легко понес Кина на неё, с такой скоростью, что Крис едва успела растворить щит прежде, чем они оба впечатались бы в стену.
Но все равно — было слишком поздно. Когда крос оборвался, Кин уже по инерции влетел в Крис, подхватвая ее и прижимая к себе.
Они вместе качнулись назад — но Кин удержал равновесие, одной рукой уперевшись в стену.
— Твою мать, — выдохнул ей на ухо, тяжело дыша. Выпустил её из объятий и навис над ней — Крис осталась стоять меж его вытянутых рук, в пугающей близости от его лица. Она ошарашенно смотрела на него, не в силах пошевелиться. Белый глаз слабо мерцал неестественным серебром.
— Что ты творишь? — он почти что шептал. На губах не было и тени улыбки.
Она… Провалилась?
Неужели на этом — всё?...
Кровь бешено стучала в висках. Сердце ещё гоняло Ри по венам, заставляя ладони горячо пульсировать. Крис облизала пересохшие губы.
— Притяжение, — только и смогла выдавить она. — Как вы просили.
Кин одарил её грозным взглядом, но уже через секунду его губы дернулись, будто он пытался скрыть просящуюся улыбку. Отстранился, наконец освобождая Крис, и она выдохнула, хотя каждая клеточка её тела все ещё была сжата в ожидании его вердикта.
— Ты… — он покусал губы, подбирая слова. — Святые, Инри. Я дам тебе шанс. Всего один шанс, поняла? На следующей неделе концерт, и если ты покажешь себя хорошо… Будем считать, что недоразумение с анкетами забыто.
Сердце в груди застучало размашисто и гулко. Ей показалось, что оно бьется не под ребрами, а где-то совсем на поверхности, сразу под ее кожей — подними руку, и сможешь коснуться. Её… Берут? Берут в сопровождение? В самом деле?...
— Господин Кин… — охрипшим голосом пробормотала она и прокашлялась, пытаясь вернуть себе способность внятно говорить.
— Гёзьбедин Кин, — передразнил он, скорчив гримасу. — За тобой должок, Кристоль, так что не расслабляйся.
— Да, — Крис поднялась с места, вскидывая голову. — Да, конечно! Спасибо, господин Кин… Спасибо! Я… Я даже не верю, что вы согласились… Ох. Святые. Я не знаю, что сказать.
Она нервно рассмеялась, сжимая руки на груди.
— Конечно, согласился, — буркнул Кин. — Проигрыш есть проигрыш.
— Что?
— Ничего. Пока что этот разговор останется нашим секретом. И я его забуду, если ты справишься. Но Кристоль, сейчас я хочу, чтобы ты уяснила: сопровождение — это не игра. Если для тебя это только гонка за трусами Астеля — прошу тебя, лучше уйди сейчас.