Он бросил взгляд на свое кольцо, недоуменно моргая.
— Прости, Киран. Звучит слишком жестоко. Но ты же и сам понимаешь, что она остаётся… Остаётся там только ради тебя. Пока ты в опасности, она будет бросаться за тобой в огонь до последнего.
Киран сглотнул, сжимая окровавленное полотенце.
— Я думаю, ей хочется защитить тебя. От покушений, от взрывов, от СКБН… От всего, что тебя окружает. Она Инри, Киран. Инри до мозга костей. Она попытается спасти даже того, кого спасти… попросту невозможно. Киран… Ты ещё здесь?
— Я понимаю, — хрипло ответил Киран, изо всех сил прижимая смоченное полотенце к плечу. Слезы вновь выступили на глазах, но теперь боль в руке казалась тупой и ничтожной. — Я понимаю, Джер. Я… Сделаю всё, что смогу.
***
Крис сидела на краю кушетки, перебирая края голубой медицинской рубашки. В смотровой было прохладно, и Крис мелко дрожала — хотя и не понимала, дрожит ли больше от холода или от страха. Она то и дело бросала взгляд на настенные часы в широкой металлической раме, но минутная стрелка, казалось, не двигалась уже целую вечность.
Наконец боковая дверь распахнулась. Вошёл Джер. В руках сжимал широкие черные листы, на которых светлыми полосами и пятнами вырисовывались смутные очертания грудной клетки Крис.
— Все… в порядке? — с надеждой спросила Крис, по напряжённому лицу Джера понимая, что вряд ли услышит что-то хорошее. Сжала руки, проверяя, отзовётся ли боль. Но та утихла. Ночью Крис спала так спокойно, что утром уже засомневалась в своем решении ехать к Джеру. Поехала, только потому что Рэд уже все равно одобрил ее выходной, а Киран слишком легко поверил в ее ложь — накануне Крис соврала ему, что поедет навестить Лавли.
Даже если Джер сейчас скажет что-то плохое, это наверняка излечимо. Просто временные проблемы. Ничего страшного. Она немного помучается, но скоро пойдет на поправку. Ведь правда?
Ну почему, почему он смотрит на нее такими глазами?!
— Прости, что принес плохие новости, Кристоль, — глухо ответил Джер. Сердце задрожало в груди, моля, чтобы Крис как можно быстрее убиралась из кабинета.
Но она только сильнее стиснула пальцами край кушетки.
— Насколько плохие?
Джер помолчал, потирая подбородок. Взял снимки, и, подняв их перед окном так, чтобы Крис разглядела свои ребра и белые точки меж ними, заговорил:
— Видишь эти круги? Это связи. Выражаясь совсем просто, твое тело пропускает Ри через них, как через своеобразный фильтр. Вот эта связь, — он взял карандаш и постучал кончиком по самому верхнему кругляшку, что находился где-то в районе сердца, — срослась неправильно после той травмы.
— Не… Неправильно? — тихо пробормотала Крис, прижимая ладонь к груди.
Джер вздохнул, опуская снимки.
— Кристоль. Она больше не работает, как нужно. Не будет больше работать никогда.
Крис молчала, ощущая, как кабинет начинает кружиться. Стены дрожали. Вибрировал даже воздух. Она глупо похлопала глазами, медленно поворачивая голову.
— И… это… это значит…?
— Тебе нельзя использовать Ри, как раньше. Никаких щитов на десятку, Крис. Даже не на пятерку. Кажется, ты продолжила использовать Штерна уже после травмы, хотя наверняка испытывала сильную боль. Из-за этого… Ты начала разрывать и вторую связь.
Крис задыхалась. Горло сжало так сильно, что перед глазами стало чернеть.
— Если ты продолжишь использовать Ри на максимум… Так, как привыкла, — Джер смотрел в пустоту, обречённо качая головой. — Вторая связь разорвется и может не зарасти. И станет ещё хуже. Кристоль, ты не только потеряешь способности Инри в принципе, ты можешь покалечить внутренние органы. Может открыться внутреннее кровотечение. Ты должна прекратить, слышишь?
Крис смотрела на Джера сквозь мутную пелену. Все это — Джер, снимки, смотровая, кушетка, сама Крис — все это вдруг стало таким серым, неправильным и далёким, что Крис казалось, будто она сама парит где-то в воздухе, наблюдая за сценкой со стороны, словно смотрит какую-то идиотскую слезливую драму.
— Ничего выше тройки. Кристоль, слышишь? Кристоль?
Джер осторожно подошёл, и его мягкая ладонь, опустившаяся на плечо, на мгновение вернула ее в реальность.
— Дыши, Кристоль. Дыши. Это не приговор. Сейчас… Налью тебе воды. Подожди.
Когда она заставила себя сделать глоток и прокашляться, Джер все ещё стоял рядом, так близко, будто вот-вот был готов ее обнять. В его глазах читалась такая глубокая жалость, что Крис начинало подташнивать. Голова все ещё шла кругом, в висках стучало, будто сотни молоточков пытались раздробить ее череп изнутри.
— Это не конец, Кристоль. Главное, что ты жива, и что ты…