Он на секунду замер, смаргивая слезы.
Крис.
Подполз ближе, хватаясь за мягкую ткань.
— Крис. Крис? Крис, Святые! Ты цела? Святые, Крис! Молю, скажи хоть что-нибудь! Ты не можешь… нет. Нет. Крис!!!
Сел рядом, прижимая ее к себе. Живо отодрал пластырь с ее лица и выудил изо рта кляп. Она молчала.
Тело не тронуто. Ничего не разрезано. Не вспорото. Она цела. Она абсолютно цела! Только руки. Запястья липкие. Порезы на коже. Ничего страшного. Не глубоко.
Ничего. Ничего…
Но какого черта она молчит?!
Приник к ее лицу, вслушиваясь в дыхание.
В его отсутствие.
— Крис. Крис. Нет. Прошу тебя. Нет. Дыши. Милая. Солнышко. Ты не можешь вот так. Ты даже… Святые, Крис. Пожалуйста. Пожалуйста, не бросай меня, — приник к ещё теплым губам, зажимая ей нос.
Выдох.
Давай, милая. Дыши.
— Ты нашел её? Киран?
Сирены.
Выдох.
Едва он отстранился, Крис резко вдохнула и закашлялась, судорожно хватая его за рубашку. Киран всхлипнул, склоняясь к ней, падая, утыкаясь лицом в её шею, слушая её сбивчивое дыхание, её кашель, её тихий голос, её тихий плач.
— Киран…
— Святые, Крис. Ты жива. Ты жива! Ты не могла бросить меня. Никогда не бросай меня. Слышишь? Ты… никогда. Пожалуйста. Я не смогу без тебя. Я не хочу…
Она заплакала громче, обнимая его, и вздрогнула, когда ее пальцы скользнули по его правому плечу.
Кажется, скользнули. Это не было похоже на прикосновение. Киран почувствовал это так далеко, будто до него дотронулись через тысячу одеял.
— Твоя рука…
— Ерунда. Ерунда. Все ерунда. Крис. Святые, я так счастлив, что ты успела сделать щит. Я так боялся, что ты не сможешь. Я так испугался, что ты…
Она хлюпнула носом, сжимая его рубашку.
— Я и не смогла... Кажется… Кажется, это твое кольцо. Оно… О, Киран!
Она отстранилась, заставляя его взглянуть на свою окровавленную ладонь. Киран почти привык к темноте, но все равно не смог разглядеть того, что Крис пыталась ему показать.
— Оно сломалось, — пояснила она, дрожа. — Прости… Киран, оно… твое счастье…
— Дура, — он улыбнулся, выдыхая и прижимая ее к себе. — Ты жива. Я счастлив, Крис. Святые, я так счастлив.
Они так и лежали в траве, то плача навзрыд, то беспардонно смеясь. Сжимая ладони, дрожа, сплетаясь в болезненных, усталых объятиях, они не произнесли больше ни слова, вслушиваясь в дыхание друг друга и жадно упиваясь тем теплом жизни, что едва не было потеряно в эту ночь навсегда.
Вдалеке слышался слабый стон: Ярсег потихоньку приходил в себя. Он бесконечно повторял имя Астеля и хныкал, подобно брошенному, обездоленному ребенку. Киран слышал шаги. Смутно видел тощую, длинную тень, что прошла к Ярсегу и опустилась рядом с ним на колени.
Астель сел рядом с плачущим Ярсегом, приобнял его, и, покачивая, словно младенца, тихо и нежно запел, задумчиво глядя в ночь.
В темноте позади ветер все ещё разносил протяжный вой приближающихся сирен.
***
Ханна перебирала в кармане ключи, нервно щёлкая каблуками. Удушливо пахло хлоркой. Стальные стены придавали помещению сходство с моргом.
— Кин? — охранник недовольно скривился, причмокивая толстыми губами. Повертел в руке карточку, протягивая обратно. — Родственников не пускаем.
— Я здесь не как родственница, а как его адвокат, — Ханна упорно вернула карточку. — Посмотрите внимательно.
Снова зачавкал и сморщился.
— Мой визит назначен на восемь утра. Загляните в журнал.
Ей пришлось выждать ещё десять минут, пока охранник все же не соизволил нажать на кнопку.
Когда ее провели до самого конца длинного стального коридора и впустили в комнату, Ханна дождалась щелчка за спиной и быстро подбежала к стеклу. Уселась на неудобный стул, вглядываясь в блеск мутного защитного ограждения — множество щитов переливались бирюзой, будто она собиралась встретиться не с братом, а с каким-нибудь серийным убийцей. Кирана ещё не было. Ханна вновь запустила руку в карман пиджака, привычно касаясь металла ключей, уже нагретого от ее пальцев.
Спустя десять минут дверь за щитами приоткрылась, и наконец показался Киран. В сопровождении двух охранников-Инри, окруженных золотистыми щитами. В красной тюремной робе. В наручниках.
Измученный и бледный.
Но он улыбался.
Сел напротив нее за стеклом, и, приподняв кисти вверх, с довольной миной похвастался своим украшением.
— Видела? Как у настоящего гангстера.
Ханна не улыбнулась в ответ.
— Как ты?
— Нормально. Здесь неплохо кормят. Лучше, чем у Астеля. Хотя со специями жадничают.
— Киран.
Он посерьезнел, уронив руки на жестяной стол.
— Правда, нормально, Ханна. Рука почти что в порядке. Но мне почти ничего не рассказывают…