— Спаркс, — подал голос незнакомец, и Крис, к своему стыду, действительно узнала голос Рэда. — Опусти щиты.
— Рэд — Эрру, — пояснил Киран, поднимаясь с места. — Он не всегда показывает свое истинное обличье. Издержки профессии.
Крис растерянно глядела то на незнакомца, названного Рэдом, то на Кирана. И совсем не смела поднять глаз на Астеля. Она и без того ощущала кожей, как он прожигает её взглядом, полным злого упрека.
Сдавшись, Крис рассеяла щит. Рэд, смахивая с вельветового коричневого костюма испаряющиеся голубоватые пылинки, прокашлялся, и, сделав вид, что ничего особенного не произошло, подсел к столу и завел разговор с Астелем о ближайшем концерте.
— Чего рот раскрыла? — вполголоса шепнул Киран, кивнув на дверь. И Крис, спохватившись, тут же создала новый щит, чтобы их больше никто не смог потревожить без спроса.
***
После того, как Рэд минут двадцать обсуждал с Астелем подробности тура, — Крис все это время сидела молча, нервно сжимая вспотевшие руки, — менеджер их покинул, напоследок странно подмигнув Крис. Черт побери, и что это подмигивание означало? Знал ли он, каким способом она попала в сопровождение? Или просто пытался приободрить непутёвого новичка? Проклятье! И что теперь скажет Астель?! Интересно, он приберег наказание на конец дня? Ждёт, когда Крис опозорится ещё больше?
— Я пробуду в кабинете до заката, — равнодушно сказал Астель, поднимаясь из-за стола. И, повернувшись к Крис, с нажимом добавил: — Прошу вас, не забудьте создать шумоподавляющий барьер.
— Да… Да-да, Галар Астель, сию минуту! — она подскочила с места, всем своим видом выражая боевую готовность.
Но как только дверь за Галаром закрылась, она наложила Заградительный щит и замешкалась, прислушиваясь.
— Что? Не знаешь, как работать с шумом? — хмыкнул Киран, встав за ее спиной и заставив Крис подскочить от неожиданности.
— Все я знаю, — прошипела она сквозь зубы.
— Ааа. Не терпится послушать золотой голосок? — он прислонился плечом к двери, скрестив ноги в лодыжках и засунув руки в карманы.
— Что если… Я скрою только наши голоса для него? Он же не обидится, если мы, ну… — Крис замялась, ощущая, как кровь предательски приливает к лицу.
— Регламент взаимодействия, Инри, — строго напомнил Киран. — Страница пятнадцать. Что мы делаем, когда Астель требует Шумодав?
Крис тяжело вздохнула.
— Делаем двусторонний Шумодав.
— Именно.
Она повиновалась. Сделала все, как полагается: теперь из-за двери не было слышно ни шороха. Киран удовлетворенно мотнул головой и подтолкнул Крис в комнату для персонала.
— Не хочешь ничего мне сказать? Галар боится, что его могут отравить? Сопровождающие обязаны откушать из его тарелки?! — недовольно зашипела Крис.
Раздраженно толкнула Кирана в спину, но он не отреагировал. Остановился в дверях, и, закашлявшись, быстрым шагом направился в ванную, так ничего и не сказав.
Оставшись одна, Крис заходила по комнате туда-сюда, выжидая. Из-за двери доносился плеск воды. Прошло уже пятнадцать минут, а он все не выходил… Искупаться решил там, что ли? Крис вернулась в зал, подошла к двери кабинета Астеля и замерла у Заградительного щита.
Астель… Его голос… Он совсем рядом!
Ну что случится, если она просто снимет кусочек Шумодава с одной стороны? Услышит его неудачные распевки? Да у Галара просто не может получаться что-то неудачное! Его Ри обрекала его на идеальность!
Крис воровато обернулась на дверь — Кирана все еще не было. Одним только Святым известно, сколько он еще там просидит! А у Крис есть шанс прямо сейчас… Прикоснуться к прекрасному, к настоящему голосу, льющемуся даже не из динамиков, раздающемуся не на сцене, а здесь, в интимной обстановке комнат, так трепетно, так близко…
Она осторожно пошевелила в воздухе сжатыми пальцами, от напряжения высунув кончик языка, и…Грохот. Такой грохот, будто шкаф упал навзничь, не иначе. А затем — крик. Истошный. Пронзительный.
Так кричат, умирая от боли.
Крис вздрогнула, в панике развеивая Заградительный. И, не медля ни секунды, распахнула тяжёлые двери.
***
Звуки смолкли. Крис застыла в дверях, едва сдерживая себя: она была готова кинуться к Астелю сию же секунду, обнять, спасти, излечить, защитить от любого страдания…
Но ничего из этого ему было не нужно.
Он сидел в кресле посреди развороченного кабинета, среди бумаг, разбросанных всюду и летающих в воздухе. Листы опадали вниз печальными белыми крыльями, и Астель, словно разочарованный и уставший бог, смотрел на них равнодушно, как и должно смотреть богам на свои неудавшиеся творения.