— Обижаешь. Я сделал её сам.
— Хочешь сказать, ты… Кого-то убил?
— Чего?
Он рассмеялся неожиданно громко.
— Артефакты Нельт, — вполне серьезно ответила она, — заряжаются при сильном эмоциональном всплеске. А самое сильное переживание…
— Уж точно не смерть, — все ещё смеясь, отозвался Киран. — Если хочешь знать, милая, в мире дохрена волнительных вещей. Ярость, тоска, любовь… Да даже если ты кончишь, ты и то зарядишь его с большей вероятностью, чем если кого-то убьешь.
— И ты… О, святые. И знать не хочу, как ты зарядил эту штуку, — поморщилась Крис. Киран положил артефакт на ладонь, снова протягивая ей.
— Хочешь испытать на мне? Или сначала попробуешь сама?
— Нажимай, — она пожала плечами, не ожидая, что в таком маленьком предмете и в самом деле может оказаться сосредоточено большое количество Ри.
Но когда по всему телу молнией пронеслась болезненная дрожь, она выругалась от неожиданности и тут же сама потянулась к артефакту.
— Я должна проверить, работает ли она на тебе, — проворчала она и с силой вдавила белую кнопку. Киран вздрогнул, зашипев, и Крис, развеселившись, даже ощутила некоторое удовлетворение.
— Сколько вопросов можно задавать?
— Не задавай вопросы. Строй предположения. Можешь придумать хоть целую жизнь за один ход, но если ошибёшься хоть в одном факте, получишь удар.
— А как я узнаю, что ты не врешь?
Он пожал плечами.
— Никак.
Она цокнула языком, закатывая глаза.
— И я тоже не узнаю о твоей лжи, — пожал плечами он. — Поэтому блюсти правила здесь — закон чести. Помни об этом, Инри.
Она задумалась лишь на секунду. Затем сложила ноги под собой, усевшись удобнее на тахте. Киран повернул к ней свое кресло, чтобы они с Крис сидели аккурат друг напротив друга.
— Ты вырос в семье военного. Он хотел, чтобы ты пошел по его стопам, но ты весь из себя бунтарь, поэтому наперекор всем пошёл в сопровождение. Отец от тебя не отказался только потому, что ты единственный ребенок в семье. Все дуют тебе в задницу, ожидая, что однажды ты остепенишься. Ты эгоист, любишь дешевые удовольствия и считаешь, что мир должен крутиться вокруг тебя.
Киран с минуту молчал, прежде чем громко расхохотаться. Крис с сожалением наблюдала, как кнопка ускользает из ее рук — и ежилась, уже предвкушая удар.
— Обожаю эту игру.
— Хотя бы скажешь, что я не угадала? Твой отец не военный?
— Я из семьи инженера и учительницы. У меня трое сестер, — большой палец скользнул по кнопке, и Крис дернулась от короткой обжигающей боли. — И мою задницу пороли чаще, чем ты себе можешь представить. Хотя клянусь, я хотел бы пожить той жизнью, которую ты мне придумала. Звучит притягательно.
Она обиженно потерла плечи, глядя на Кирана исподлобья. Его неподдельная радость до ужаса раздражала.
— Ну, тогда опиши мою жизнь. Жизнь чокнутой фанатки, которую ты там себе вообразил.
— О, дай собраться с мыслями. Никогда не думал о том, как фанатки вообще такими становятся. Ты, кстати, все ещё не разочаровалась в своем идоле?
— Это уже предположение?
— Нет… Нет, погоди, — он сощурился, пристально разглядывая Крис. Она поежилась, чувствуя себя червяком на предметном стекле.
— Ты… Мммм… единственная дочь. Богатенькая девочка из обеспеченной семьи. В школе тебя все обожали, ведь ты была единственной ЧеВГИ среди обычных людей. Мать душила заботой. А отец ушел из семьи, или умер, или пропал. Как бы там ни было, это твоя недосягаемая вершина. Поэтому ты стремишься заполучить любовь того, чью любовь заведомо получить невозможно.
Он едва успел договорить, как Крис выхватила кнопку из его рук.
Удар! И наконец-то он морщится, расплачиваясь за глупости, которые только что наговорил.
— И что? Тебя не любили в школе, я здесь прогадал? Ну конечно. Ещё бы такую злыдню любили, — Киран обиженно потер плечи, совсем как недавно это делала Крис.
— Не любили и не ненавидели. Они меня боялись.
— Боялись? Тебя? — он недоверчиво приподнял бровь.
— Можешь не верить, — Крис пожала плечами. — Мне-то какое дело.
— А насчёт остального?
— Мама слишком занята своими мужьями, чтобы думать обо мне слишком много. С отцом они развелись, когда мне было четыре. Недавно она родила дочь от четвертого мужа, так что нет, я не единственный ребенок… в семье. Если… это можно так назвать.
В комнате повисло неловкое молчание. Крис уже пожалела, что рассказала Кирану так много. Но, с другой стороны, что с того? Что он станет делать с этой информацией? Если ему захочется сделать Крис больно, он и так знает достаточно слабых мест — сопливые истории про семью и рядом не стояли.
— Я тоже был единственным ЧеВГИ в своей школе.