Она нервно хихикнула, представляя, как Кин исполняет подобие Астелевского танца в одежде, которую и одеждой назвать было сложно. С его широкими плечами и развитой мускулатурой он и в рукава-то эти едва ли влезет…
— И я видел, как умирали звёзды,
Видел, как догорало солнце,
Видел как исчезало небо
Со стайками облаков;
С наших ресниц собирая слезы,
Боги шептали: ещё не поздно,
Только мы были уже, наверное
Выше небес и богов
Мы были выше звёзд
Там, где кончалась ночь
Там, где кончалось время и
Смерть уходила прочь
Выше звёзд
Мы стали выше звёзд…
Крис не замечала, как губы автоматически складывались в слова, а голова покачивалась в такт музыке — сопротивляться было невозможно. Она уже слышала этот трек сегодня во время репетиции, но сколько бы раз его не повторил Астель, Крис слушала бы его снова и снова, пока не оглохнет. Это была заглавная песня из ее любимого альбома, который, кто бы что ни говорил, останется шедевром навека.
Может, сыграл роль азарт и ее подпитывало жуткое желание выиграть у Кирана, а может, то сказывалось воодушевляющее влияние голоса Астеля, но за полтора часа усердного наблюдения за залом Крис ни капли не утомилась: не болели ни глаза, ни ноги, ни спина, хотя она почти не двигалась с места. Наоборот, во всем теле ощущалась лёгкость, даже прежняя тревога улетучилась. Крис ещё несколько раз выставляла щиты — на долю секунды, прежде чем убедиться, что прямой угрозы нет — и тут же их снимала. Предчувствие не обмануло её: все шло идеально. Кто бы ни покушался на Астеля в Эгитене в прошлый раз, сегодня он явно отказался рискнуть. Наверняка усиленные меры безопасности его отпугнули.
Крис весело притопывала ногой под последний трек. Она знала программу, это точно было завершение: сейчас Астель закончит свой блестящий танец под оглушительные крики и аплодисменты. Этот танец… Святые, как невероятно Астель двигался на сцене! Вот бы лишь краем глаза посмотреть на него, запомнить, запечатлеть в сердце!
— … Потому что я здесь
И так будет всегда!
Кипа белых волос переливалась под софитами. Астель в последний раз вскинул руки вверх и замер в эффектной позе — аккурат на моменте, когда песня завершилась на финальном аккорде.
— Крис?
Голос в наушнике.
Голос Кирана.
Она вздрогнула, поняв, что стояла с открытым ртом и пялилась на Галара, совсем забыв о зале.
Букет!
В сторону сцены летел проклятый, мать его, букет!
Проспала!
Вот идиотка!...
И — короткая вспышка.
Она раздалась над сценой, прямо над головой Астеля, и Галар тут же оказался осыпан ворохом розовых лепестков.
Он ещё не опустил руки, поэтому разорвавшейся в воздухе букет только сделал финал ещё более эффектным.
Толпа ревела. Кто-то признавался в любви. Кто-то скандировал заветное:
“ВЫ-ШЕ. ВЫ-ШЕ!”
Астель, ещё быстро и прерывисто дыша после танца, ослепительно улыбался.
Киран тапнул по гарнитуре. Крис плохо видела его лицо, но была уверена — он в ярости.
— Что-нибудь скажешь в свое оправдание?
— Киран… спасибо, — выдохнула она, покосившись на близняшек. Те были заняты тем, что послушно принимали букеты из зала.
***
— И чего ты так улыбаешься?
— Как это? — Крис довольно рассмеялась, на ходу стаскивая пиджак. Кажется, даже он промок насквозь — так она вспотела, когда поняла, что проворонила чертов букет. Но ведь все закончилось хорошо, и даже Киран, кажется, не сильно злился! Он выглядел раздраженным и немного уставшим — но точно не злым. Крис вглядывалась в его лицо, пока они вместе возвращались в свой номер, и гадала, сможет ли претендовать на победу в этом раунде.
— Во-первых, ты проиграл, потому что Астелю всего двадцать девять, — она с улыбкой загибала пальцы. — Во-вторых, мой испытательный срок подошёл к концу, и я теперь точно принята в сопровождение! И в третьих, ты… Ты должен мне танец!
Киран фыркнул, остановившись у двери.
— Ну уж нет. Это ты станцуешь для меня, Крыска.
Она тоже остановилась, упирая руки в бока.
— Все прошло идеально!
— Ты прощелкала. Мне пришлось страховать тебя, это, по-твоему, было идеально? А если бы в него полетели не цветы?