— Угроза войны идет только от сильного союза, которым я и мои товарищи-короли не управляем, между Красным клинком Ор-Хали и магом солнца. Тебя послали получить верность и доверие мага, а он завладел властью над твоим мечом и прикрыл свои действия любовью.
Она потрясенно смотрела на него.
— Любовь между мной и Гетеном — истина, отец. Сила ее не мотивирует. Власть друг над другом или Кворегной ее не мотивирует. Как еще я могу тебя убедить, что в нашем союзе нет угрозы?
Король сделал еще глоток медовухи, его тон был сухим, когда он сказал:
— Никак. Мое отвращение укрепилось из-за требований, которые ты отбросила, Галина. С каждым решением, которое ты приняла, не похожая на верную дочь, которую я знал. Маг солнца влияет на тебя. С ним твои мотивы уже не ясны для меня. И я против брачного контракта между тобой и лордом Ришем. И я согласился на условия с кронпринцем Валдрамом. Ты станешь третьей женой Валдрама и будущей королевой Налвики.
Шум вырвался из нее — оханье, хмыканье, как от удара на поле боя. Она сжала дрожащие кулаки, подавляя возмущение, за которое ей отрезали бы язык. Она прорычала:
— Я не выйду за того урода с лицом ласки.
— Выйдешь, — ответил спокойно Вернард. — Я тебя заставлю, только я тобой управляю.
— Управляешь? Я не орудие! У меня есть желания и нужды, которые я отложила на службе королевству. И я для тебя ничего не значу?
— Хватит, Галина. Ты поедешь в Налвику.
— Валдрам — змей.
— Возможно, но я выберу змея, которым могу управлять, а не дракона, которым не могу.
Она скрипнула зубами.
— Твоя паранойя строится на старых новостях. Если сомневаешься в Гетене, попроси, чтобы он поклялся при Совете королей равной верности четырем королевствам, независимо от твоего влияния и моего.
Вернард встал и прошел к широкому окну рядом с ней. Он прислонился к подоконнику и скрестил руки, кожаный черный жилет скрипнул.
— Если попытаешься увильнуть от приказа, я все продумал. Валдрам получит новую королеву из моих дочерей. Если не ты, то Аревик подойдет, хоть она не так умела. Она даст мне нужное влияние, когда родит от кронпринца.
Галина сжала рукоять меча, она отошла от отца, чтобы не пронзить его.
— Ты согласился, зная, что я не позволю Валдраму получить ее, — он кивнул и поднял бокал, мрачно салютуя им. Вернард знал, что Галина не даст кронпринцу тронуть Аревик, сломать ее и сделать своей третьей мертвой женой.
Она смотрела на пол, сглотнув горечь сожалений. Сколько вариантов убить отца она упустила? Всегда слушалась долга, благодарности и своей репутации верной дочери. Теперь она была в углу, как и предупреждал Гетен.
— Ты бессердечная свинья, — процедила она.
— Нет, девица. Я — медведь.
Глава 8
Сокос был полон беженцев. Мужчины и женщины, рыдающие дети, бегающие за собаками и козами дети, старики на спинах сыновей, лошади и волы тянули телеги с жалкими вещами людей. Всюду Гетен видел грязные лица, полные отчаяния, и усталость давила на плечи сильнее сумок. Он не видел столько страданий с войны. Он дал Ремигу самому идти через толпу и по дорожкам в деревне в следах колес телег.
Он миновал первую гостиницу. Она была у ворот города, и толпа вокруг была широкой и кипящей. Вторая, третья и четвертая были не лучше. Он ехал, пока не нашел тихую таверну на западном краю города. Гетен привязал коня к столбику снаружи гостиницы «Красный клинок» и провел ладонью по мягкому носу жеребца.
— Я быстро.
Местные и путники сидели в тусклом старом здании. Разговоры гудели, кружки звякали. Он прошел по комнатке к потертому деревянному бару, еще один чужак в толпе, и только служанка посмотрела на него, пока он проходил, оценивая размер его мешка с монетами, помимо прочего.
Хозяин таверны, худой мужчина с маленьким кривым носом и бледно-зелеными глазами, подал две кружки и сказал:
— Если ищете комнату, езжайте в Харатон. Тут их не найти.
— Почему так? — Гетен бросил монету на бар и добавил. — Пинту эля.
— Никто не хочет спать под открытым небом, — мужчина взял монету и налил пенный мутный напиток.
Если бы Гетен не хотел пить так сильно, он потребовал бы вернуть монету. Но такой напиток был лучше пыли на его языке, и он быстро выпил кружку, чтобы утолить жажду и не ощутить толком вкуса.
— Из-за воров?
— Крикунов. Вы не слышали? Лес полон их на севере и западе Делкати и до Сельги.
Мужчина вошел в таверну за Гетеном, склонился к бару и кивнул хозяину таверны.
— Как обычно, Джекс, — он окинул Гетена взглядом. — Что бесеранец забыл на этой стороне Серебряного моря? — он звучал заинтересованно, а не злобно.