— Ну?
— Слуг нет, как и стражи замка.
— Ключи?
Один из них протянул несколько колец с ключами.
— Все, что мы нашли.
— Начинайте искать их замки, — щелкнул пальцами Кадок. — Принесите два стула. Нам с хозяйкой нужно поболтать, — он подмигнул Галине.
— Началось, — буркнула она, Кадок прошел к боевым магам и своим четверым людям, ухмыляясь. Она хотела ударить его мечом.
Магод подошел к ней справа.
— Почему мы еще живы?
— Думаю, мы вот-вот узнаем.
Он встал между ней и приближающимися наемниками, скрестил руки и хмуро смотрел на них.
— Ближе не подходите.
Кадок замер, приподнял брови.
— Мило, но глупо. Не заставляй меня убивать тебя.
Галина сжала плечо Магода.
— Я благодарна за твою верность, — она обошла его и сжала плечо сильнее, увидев его гневный взгляд. — Я не могу позволить кому-то еще умереть, особенно под моей защитой.
— Но…
Она впилась пальцами в плоть, пока он не скривился.
— Не спорь со мной, — она понизила голос до шепота. — Ты нужен мне живым, — она посмотрела на Аревик за ними, на Валдрама у колонны, а потом на Магода. — Я верю, что ты защитишь мою сестру от Кадока и Валдрама.
Он посмотрел на двух мужчин и смирился.
— Своей жизнью, ваша светлость.
Она кивнула, повернулась и шагнула вперед.
— Почему мой отец умер, Кадок?
— Кроме большой потери крови? Я думал, это было ясно. Ничто не начинает войну быстрее мертвого короля. Нам заплатили, чтобы начать эту войну, — мужчина соединил ладони и постучал пальцами по губам, почти в молитве, а потом улыбнулся, не вызывая доверия. — Теперь поговорим.
— Тебе нужны два мага и четыре головореза для разговора? — Галина оскалилась, глядя на побитого Рена, пока он ставил два стула между ней и Кадоком.
Лидер наемников издал смешок, пожал плечами.
— Ты проявила свою репутацию убийцы, леди Кхары. И мне нравится, пока моя кожа и кости на моем теле, так что я решил, что защита мудрее, пока я в одной комнате с тобой. Как твой покойный отец, ты напоминаешь дикого медведя, восхищаешь издалека, опасная вблизи. Потому я его быстро убил.
— Если это должно льстить, у тебя не вышло.
Четыре наемника обступили ее, оттолкнув Магода. Аревик попыталась поймать ее руку, но Галина не позволила. Она посмотрела в испуганные глаза сестры и покачала головой, просила ее мысленно отойти и не подвергать себя опасности. Галина доверяла ему свою жизнь, но, что важнее, свою младшую сестру.
Кадок сел и указал на другой стул.
— Прошу, ваша светлость. Присядете?
— А если я предпочту стоять? — Галина скрестила руки.
Он закинул правую ногу на левую, хмурясь от пятен крови на штанах.
— Разговор может быть долгим. Уверен, вам будет удобнее присесть. И мне будет безопаснее. Уж извольте.
Шея Галины хрустнула, когда она склонила голову. Мужчина был интересным, опасным и точно хотел причинить ей много боли. Она посмотрела на стул, на двух магов по бокам него и больших наемников за ними.
— Ладно. Сделаем вид, что это вежливая беседа, — она села.
Маги зашептали заклинание, объединяя силы. Магия пронеслась по ее коже, холодная и колючая, как крысиные когти. Это не было лаской теплых заклинаний Гетена, но тело Галины слушалось. Она вскрикнула, ее мышцы свело. Ее пальцы сжали подлокотники стула, ступни прижались к полу. Ее спина выпрямилась, а голова врезалась в спинку стула так, что звезды вспыхнули перед глазами. Дышать было больно, двигаться — невозможно.
— Но не вышло, — процедила она.
Кадок поднял пальцы, и хватка чар ослабла.
— Теперь ты знаешь, на что они способны, — он склонился, уперся локтями в колени, сцепил пальцы под подбородком. Он выдерживал ее взгляд, слабо улыбаясь. Она заметила бледные потрескавшиеся губы. — Я хочу ключи от сокровищницы замка, — сказал он. — Скажи, где они спрятаны.
— Я думала, тебе хорошо платит покровитель.
— Да. И твое богатство — часть оплаты, — он пошевелил пальцами. — Ключи.
— Нет.
Он моргнул, приподнял брови.
— Нет?
— Иди ты, — ключи не хранились в замке. Даже если Кадок получит их и откроет сокровищницу, он будет разочарован. Там было почти пусто. Галина распределила почти все свое богатство среди деревень Кхары после долгой жестокой зимы, остальное вложила в ремонт замка. Она поняла, что уже наполнила кошельки наемников.
Он вздохнул, на миг показался неловким каменщиком.
— Я тебя уважаю, маркграфиня. Но, хоть мы узнали замок за месяцы работы в нем, это не помешает мне ранить тебя, чтобы получить то, за чем я пришел.