— Гетен, — прошептала она.
Смех Валдрама отразился от высокого потолка тронного зала.
— Зови своего любимого, сколько хочешь. Он искал тебя во всем Харатоне. Как скоро он поймет, что тебя нет, и использует ту тень? — он пожал плечами. — Он не успеет тебя спасти, — он прошел к двери, крикуны — за ним, как хорошие псы. — Не уходи. У нас много дел.
— Тень… — она пыталась вспомнить фразу. — Тень, найди Гетена, — ничего. Она не знала, осталась ли в ее тени та магия. Галина кашлянула, сглотнула слюну, кровь и ужас, сделала голос ровнее. — Тень, приведи ко мне Гетена, — Валдрам не ушел далеко, шаги становились громче, он возвращался. — Боги! Работай, — крикуны запищали. Она не знала, была ли фраза правильной, понимала ли ее тень.
Псы прошли в комнату и устроились под ней.
Она сосредоточилась на Гетене. Она вспоминала полоски на его руках и ребрах, спине и груди. Она думала о серых глазах, и как ее радовала его волчья улыбка, вызывающая ее желание. Она ощущала вкус его кожи. От него пахло мужчиной и медом, воском и цветами лиминта. И она ощущала его силу, невидимую и неслышную, но дрожащую в ней, как скрытый улей.
«Гетен, я люблю тебя. Я должна была говорить это чаще».
Валдрам прошел в комнату с большой металлической чашей. Он указал на нее, приближаясь, и ее руки поднялись против ее воли, вытянулись перед ней, словно она тянулась к чему-то. Он опустил чашу на пол под ней, выпрямился и поцеловал ее ладони. А потом порезал ее ладони кинжалом. Она вскрикнула, крикуны завопили, он рассмеялся и облизнул кинжал. Он поймал немного ее крови пальцами и нарисовал линии от лба по векам и щекам. Эта кровь смешивалась с той, которая еще текла из раны на его лице.
Он был так близко, такой уверенный. Если она сможет освободить руки из незримых оков, она разрежет ему горло или пронзит глаз. Вырвется. Убежит. Спрячется, пока Гетен не найдет ее. Но она не могла двигаться. Ее тело не слушалось, как бы она ни просила его, как бы ни ругалась.
Валдрам подвинул чашу, чтобы ловить ее кровь. Он приподнял бровь, задрал ее рукав и забрал кинжал.
— Я восхищен твоей решимостью, — он опустил ее рукав. — Правда, — он вытащил шкатулку с камнями из внутреннего кармана камзола, открыл ее и вдохнул щепотку зеленовато-коричневого порошка в каждую ноздрю. Он покачал головой, скривился, опустил шкатулку и кинжал рядом с чашей. Он снял камзол и тунику, стало видно бледную кожу в шрамах. Он прошел по кругу в комнате, тряся руками и бормоча. Через каждые пару футов он замирал и резал свою кожу кинжалом с камнями, доводя себя до безумия.
Кровь Галины капала, пока она боролась с незримыми оковами.
Валдрам вернулся к чаше, его кровь смешалась там с кровью Галины. Он размешал жидкость, выпил немного, налил остальное на свою склоненную голову. Галину мутило, и ощущение усилилось, когда он опустил чашу и посмотрел на нее почти с любовью. Он медленно поднял ладонь, улыбка стала шире. От его тихого заклинания руки Галины поднялись над ее головой. Ее кузен тихо рассмеялся и сжал кулак.
Она охнула. Агония сжимала ее, вызывала тошноту. Ее мир покраснел. Жидкость в ее венах стала двигаться неестественно, и она ощущала, как кровь капала из ее носа и глаз. Она пыталась вырваться из оков его магии, но сил не хватало.
Ее кровь висела каплями и линиями в воздухе перед ней. Они полетели к Валдраму, его ладони впились в кровь, он слизнул ее с пальцев. Его улыбка стала шире.
— Разве не прекрасно? Твоя магия крови, Галина. Такая сильная, редкая. Ценный дар. Он будет моим против Кворегны. И ты, дорогая кузина, будешь мертва, — Валдрам сжал кулаки, и Галина выгнулась. Высокий вопль вырвался из нее, тонкий звериный крик, кровь текла по ее ногам и ладоням. Она не могла дышать, не могла говорить. Мир покраснел. Потемнел по краям. Она не могла сбежать от этой магии, терзающей ее изнутри.
Мужчина вдруг крикнул:
— Сволочь. Я убью тебя!
Крикуны завопили.
Валдрам зарычал.
Галина утомленно моргнула. Фигура стояла на пороге, и не одна. Таксин и воины. Она не знала, как они нашли ее, у нее не было сил думать. Она заставила мозг сосредоточиться на тени. Ей нужно было вспомнить заклинание. Ей нужен был Гетен. Им всем он нужен был.
Больше голосов звенело в комнате. Мужчины кричали. Крикуны атаковали.
Слова появились в ее разуме. Спустились к языку. Она открыла рот. Они медленно выбрались оттуда:
— Тень, принеси ко мне Гетена.
«Боги, прошу», — Галина охнула от холода на ее спине. Тень вырвалась, тьма замерцала и пропала.