— А как насчет электронных таблиц? Они мне нужны…
— Электронная почта. — Я подняла бровь и улыбнулась. — Тебе еще что-нибудь нужно, прежде чем я пойду обедать?
Мужчина опустил плечи и, сокрушенно покачав головой, уставился в землю. Я обманываю себя, думая, что почувствовала в его поведении намек на ревность? Да, наверное. Сейчас он под давлением, и именно так он всегда себя вел, когда над ним нависало напряжение. Так что я буду играть роль хорошего помощника, принося ему обед и предлагая свою помощь, чтобы облегчить часть этого давления.
Вернувшись с обеда, я заглянула в кабинет Гейба.
— Эй, я принесла тебе немного супа, который ты любишь.
Он снова посмотрел на экран компьютера и провел рукой по волосам, разочарованно вздохнув, и я поняла, что это был мой сигнал уйти.
— Я просто оставлю его здесь. — Я положила сумку на стол и направилась к выходу.
— Спасибо, но я не голоден, — с сарказмом пробормотал он, когда я уже собиралась переступить порог.
Вот и все. С меня хватит. Он может быть грубым и властным со всеми, кто здесь работает, но я не позволю этому случиться со мной. Я захлопнула дверь его кабинета, немного застав нас обоих врасплох.
— В чем, черт возьми, твоя проблема? — спросила я, бросаясь к его столу.
— Нет никаких проблем. Я просто пытаюсь сделать свою работу. Извини, если у меня нет времени пообедать и повалять дурака, у меня есть крайний срок, в который нужно уложиться.
Не знаю, что было более очевидным — его самодовольство или мой гнев.
— Прошу прощения? Какие-то проблемы с моей работой? Я верю, что все, о чем ты просил, было сделано. Что-то не соответствовало твоим стандартам?
— Все в порядке. Просто забудь об этом. — Гейб встал и подошел к одному из шкафов с картотекой, заглядывая в ящик и ведя себя так, как будто меня вообще нет в комнате.
— Нет. Я не собираюсь просто забыть об этом. Я устала забывать! — рявкнула я.
Гейб поднял голову, не сводил с меня взгляд, пока я медленно приближалась. Я оказалась на опасной территории. Достаточно близко, чтобы коснуться его. Достаточно близко, чтобы почувствовать запах его одеколона, который все еще пропитывал мои простыни. И достаточно близко, чтобы вытянуть шею и почувствовать эти идеальные пухлые губы на своих.
— Что я такого сделала, что так тебя разозлила?
— Все. То, как ты смеешься. Твоя улыбка.
Я покачала головой и нахмурилась в замешательстве. Золотые искорки мелькали в его прекрасных карих глазах. Мой желудок танцевал, а сердце колотилось в груди.
— Похоже, я единственный, кто не может забыть, что чувствовал, когда был с тобой той ночью. Я не могу забыть, каковы твои губы на вкус или каково это — чувствовать мои руки по всему твоему телу.
Я придвинулась еще ближе, встала на цыпочки и прошептала ему на ухо:
— Тогда не надо.
Он с трудом сглотнул, и в одну долю секунды его губы оказались на моих. Моё тело словно ожило, когда Гейб поднял меня, и я обхватила его ногами. Вся вина и тревога, которые я испытывала раньше, исчезли. То, что должно было произойти, меня вполне устраивало. Я хотела его, а он хотел меня. И когда его рука скользнула вверх под моей рубашкой и под лифчик, я вспомнила, что должна поблагодарить Дина в следующий раз, когда буду говорить с ним. Что-то в том, что Гейб увидел меня с ним, наконец, разрушило стену. Ему не нужно было знать, что я обедала с Дином, потому что ему нужно было с кем-то поговорить о его недавнем разрыве… с его парнем.
***
В День Святого Валентина, я чувствовала себя немного подавленно. Я хотела шоколад в форме сердца или даже просто открытку от кого-то особенного. Поскольку человек, которого я хотела видеть своим «кем-то особенным», не смотрел на меня так же, я планировала провести свой день с человеком, который значил для меня больше всего — Джоуи.
За прошедшие недели мы с Гейбом овладели искусством поддерживать профессиональные рабочие отношения, сохраняя в тайне, что занимаемся сексом… четыре раза — не то чтобы я считала или что-то в этом роде. Но не было никаких сомнений в том, что когда мы находились в радиусе десяти футов друг от друга, сексуальное напряжение зашкаливало. Я ненавидела то, что постоянно мечтала о его губах по всему моему телу и его руках, творящих свою магию везде, где они касались. Еще больше ненавидела то, что мне приходилось скрывать его от Натали и делать усилия, чтобы не рассказать обо всем Чеду. Сильвия была моим единственным убежищем. Она стала единственным человеком, которому я могла выложить все, не опасаясь, что кто-то еще узнает. Мне было трудно сдерживать свои чувства к Гейбу. Каждый раз, когда я была с ним, обнаруживала, что мое влечение к нему выходило за рамки чисто физического.