– Нетта могла переместиться. Наш дом обвалился в два часа ночи. Я тогда находился в кабинете, Нетта и Эдди спали в своих кроватях. Мои родители находились в спальне. У нас был двойной дом, у каждой семьи имелся отдельный вход, мы не стали делать дверь между нами. Нетта пыталась всех спасти, но сама была ранена, ей придавило руку, она вытащила её, что вызвало дальнейшее разрушение. Она не сумела добраться до сына, чтобы телепортироваться с ним, и сама не спаслась. Из-за паники она сделала лишь хуже. А я мог успеть, – мужчина запнулся. – Если бы не подошёл к окну, услышав шорох крыльев дракона, он упал на наш дом, чтобы поджечь особняк Горденов, затем он полетел туда. Не знаю, как я выжил. Никогда раньше я не чувствовал себя таким беспомощным, я слышал голос Нетты, плач Эдди, но ничего не мог сделать. А потом всё стихло, очнулся я уже в больнице. До остальных целители не добрались вовремя, врачи тоже не смогли помочь.
Они смотрели в потолок, держались за руки и думали о своём. Так прошли часы. На Междумирье давно спустились сумерки, камни и растения переливались магическим светом, указывая на тропинки. До дверей лавки Элис пара шла молча, они не прикасались друг к другу, но чувствовали родственное единение.
– Спасибо, – вымолвил Фрэнк, Клои кивнула и обняла мужчину.
– До встречи, – она скрылась в тёмной помещение под звон колокольчика.
Клои закрыла дверь в комнату, к горлу подступал комок. Она не могла держать в себе скопившуюся боль, поэтому со всей силы закричала.
Глава 28. Синие, белые, жёлтые и многоцветные розы
– Тут виновата ты, – безапелляционно заявила Элис.
– Почему сразу я? А Софи? – Клои отпиралась как могла, желая обрадовать подругу и оторвать от забот.
– Софи? Да ладно, большинство гостей приходит поболтать с тобой. Приходится постоянно держать чайник горячим из-за нескончаемых посиделок. К тому же ты их разбаловала, хорошо хоть со своей едой приходят.
– Ты преувеличиваешь, у тебя и Софи много друзей.
Девчушка с разноцветными локонами бегала по поручениям покупателя, пока Элис и Клои пили чай за столиком в углу. Софи совершенно не слышала их разговор, предлагая разнообразные переводчики. Хозяйка магазина следила за ней одним глазом, но почти смирилась с передачей части ответственности не себе. Девочка старалась и отдавала всё свободное время, прибегая сразу после школы, Элис немного настораживала одержимость, но пока они не выходили за рамки, да и мать девочки не жаловалась на нагрузку. И только Мисс Ответственность бросалась на людей, когда к ней подходили по привычке: «Я не продавец! Спрашивайте у продавцов!»
Зазвенел колокольчик, но в магазин зашли отнюдь не покупатели. Мурат помахал с порога и быстрым шагом дошёл до чаёвниц.
– Надеюсь, на этот раз нет заданий?
– Для тебя всегда найду, – волшебница подмигнула и подвинула стул. – Кружки знаешь где, присоединяйся. Чего пришёл?
– Вежливости тебе не занимать, – улыбнулся юноша, ухватывая с блюдца пряник, изготовленный Лиз, а потом наливая чай. – Как у вас тут дела?
– Хорошо. Вот обсуждаем, что магазин превращается в место встреч. Хм… может, открыть ресторанчик на крыше? Мурат, не хочешь поработать официантом?
– Почему официантом? Почему не поваром?
– Ты умеешь готовить? – Элис притворно удивилась.
– Получше некоторых, ты-то постоянно воруешь еду.
– Можно заказывать еду у Лиз, – полёт фантазии Элис не останавливался, она представляла дизайн столов, как парочки сидят на свежем воздухе и разговаривают о мелочах. – Лиз и её сладости прекрасно подойдут.
Услышав имя матери, оглянулась освободившаяся продавщица.
– Мысли вслух, – успокоила хозяйка. – Подумываем открыть ресторан? Чайную? Кондитерскую?
– Да, – кивнула Клои. – У Элис появилось слишком много свободного времени.
Все рассмеялись.
– Вообще, – начал Мурат. – Я ещё в прошлый раз приходил поговорить с тобой, но ты так резво отправила меня за покупками, что я и опомниться не успел. Мы можем поговорить наедине.
Волшебница кивнула и пригласила потенциального повара осмотреть площадь на крыше. Клои осталась за столом одна, подозревая друзей в разговоре о Ниле. Она давно заметила, что при ней никто не упоминает охотника, боясь тронуть за живое, но делала вид, что не замечает шушуканья.