Мурат не обратил внимания на сомнительный комплимент, а вот Клои озадачилась. Ей парень не показался низким, скорее Габриэль долговязый.
– Я не поняла! А где был Нил? – без спроса влезла в разговор Психо, пока все не собрались, ей разрешалось находиться в комнате.
– Откуда нам знать? Мы были на занятии Колдвелла, это вы свободно гуляете по городу, – Мурат изобразил что-то вроде строгости, а через пару секунд вновь улыбался.
К толпе подошла Элис и силком выдернула Клои с насиженного места, сердце ушло в пятки от такого действия.
– Прежде чем мы начнём, я хочу тебя кое-что попросить, – волшебница походила на свою копию в магазинчике Междумирья, чересчур стеснялась. – Сможешь завтра утром, если конечно будешь хорошо себя чувствовать, хотя должна! В общем, позавтракать со мной, я хочу попросить помощи в одном непростом личном деле, о котором не стоит говорить при всех.
Клои кивнула в ответ, хотя в голове роились вопросы. Мир стал быстрым, страшным и непонятным. С большим трудом устранившись от шумной беседы, девушка вышла из комнаты. Для таких занятий ещё не время, психологию могущественная Элис не учла.
По лестнице спускалась мрачная Мэрлена, и, поравнявшись на середине пути, девушки остановились. За всё время знакомства Клои и предложением с ней не перемолвилась, а сейчас почувствовала странное родство. И у обычного человека, и у ведьмы страшно мучилась душа в попытках найти ответы и понять собственную ценность. Даже в тёмном переходе были видны полные слёз синие глаза.
Клои поднялась на несколько ступеней вверх и остановилась. Ей страшно, больно, сердце разрывалось от неизвестных виновников настроения. Юной охотнице показалось, что у Мэрлены куда более веские причины винить жизнь, но посочувствовать не смогла – проще сбежать. И в этот момент Клои ненавидела и боялась себя.
Свидетель её страданий оставался безмолвным, девушка даже не заметила его, собирая себя по кусочкам на ступенях у дома. Она не услышала приветствие, вернувшись к действительности, только когда он сел рядом.
– Знаешь, где до парка жили Скви и его пушистые любимцы? – Фрэнк не смотрел на собеседницу. – Точно не знаешь. Идём!
В очередной раз, повинуясь кукловоду, Клои пошла следом. На этот раз город тепло освещался солнцем, и местность не страшила. Небольшой магический район города бурлил жизнью, несмотря на ужасы прошлого. Его разрушили до основания, но он оправился. Стал лучше, хоть и пережил потерю хороших людей. Счастье вернулось в заросшие зеленью стены домов, а ведь в ту страшную ночь всем казалось, что смысл существования утерян, и радость никогда не озарит лица жителей.
Впрочем, оставались и такие мрачные личности, как Колдвелл и Мидж, неспособные позабыть боль утраты и выйти за пределы внутреннего одинокого мира. Горе и отчаяние не растворились в их сердцах до сих пор, и Клои не хотела стать такой же потерянной.
Фрэнк вёл прочь из города к лесу, но не в сторону портала Междумирья. Деревья здесь росли реже, а под ногами больше камней, нежели травы. Через пять-семь метров земля и вовсе заканчивалась – дальше распростёрся лес до самого горизонта, с утёса деревья казались стежками в зелёном покрывале.
– Раньше это было излюбленное место Скви, – мужчина похлопал по дереву, к которому десяток лет тому назад привязали качели. – И детей, а так как он обожает издеваться над наивными, это место быстро стало популярным, все хотели утереть духу нос. Над Элис он издевался больше всех, она злилась, не любила здесь играть, но друзья собирались только здесь. Она до сих пор обходит парк стороной, боясь услышать: «Зови меня Ваше Духовное Высочество Скви!» – этот жуткий тип настолько точно изобразил голос лесного духа, что Клои невольно улыбнулась. – Раньше почти все дети проводили здесь лето, строили шалаши, плескались в реке, лазили по деревьям. Маги, люди – просто дети всех возрастов. Элис всегда пряталась за спину Нила, а тот за брата. И Кристофер частенько прерывал шуточки «взрослых» над малышнёй. Здесь проходили бега на руках, футбольные матчи, здесь начинались гонки на велосипедах. Весёлое было время. Сейчас все позабыли.
Клои повернулась к дереву с забытыми качелями, стараясь представить детские лица друзей, скачущих по округе в поисках новой игры.