— Ты стесняешься этой кошечки? — хмыкнула пиратка. — Она домашняя, ее нечего бояться. Не так ли? — она уставилась на Адель.
Та не знала, что сказать. Ей было неуютно присутствовать при их ссоре. И с другой стороны, хотелось, чтобы они поругались навсегда, и эта горячая, как южный ветер женщина уехала. Кьяра тоже посмотрела на нее. В ее глазах стояла боль.
— Я пойду, воды принесу, — Адель резко поднялась и вышла из дома, едва вспомнив прихватить с порога ведро.
В тени высоких сосен было прохладно, ветер свободно гулял между золотых стволов. Адель добежала до родничка и привалилась спиной к дереву. Она закрыла глаза, пытаясь унять бешено колотившееся сердце. Да что же с ней такое творится? Почему так больно? Я хочу, чтобы она уехала. Уехала навсегда! Хочет ли этого Кьяра? Учитывая прошлую ночь, скорее всего нет. Но утром она рычит на пиратку. Что же между ними происходит? И что происходит между нами?
Они были такие разные: дикая, необузданная, свободная, как волны Равенна, сдержанная, холодная, спокойная Кьяра. Хотя нет, в наемнице тоже было это сводящее с ума безумие свободы, но так далеко запрятанное, так хорошо контролируемое, что его сложно было заметить со стороны. Она надежная, подумала Адель. Внутренний голос сразу же заспорил: как она может быть надежной? Ты что, вздурела? Она же наемница! Она продается точно так же, как шлюхи в том борделе, тому, кто предложит лучшую цену. И все равно, в глубине души Адель чувствовала эту надежность в наемнице. Она бы никогда не предала, никогда бы не бросила. На нее можно было положиться.
Мне нельзя влюбляться в нее! У нее есть Равенна, у меня имя и состояние. Я не могу… Она устало закусила губу. По-моему, для таких рассуждений уже немного поздновато, ты так не считаешь?
Еще немного постояв у родника и набрав воды, она медленно побрела обратно, сосредоточившись на том, чтобы не расплескать воду. Это было гораздо проще, чем думать о светлоглазой наемнице.
Равенна уже была верхом и подбирала поводья рыжего жеребца, когда Адель вышла на полянку перед домом и остановилась в нерешительности. Взгляд у пиратки был недовольным, тонкие губы капризно выгнуты.
— Я заеду на днях. Если захочешь увидеть меня, я буду в «Сладком бутоне».
— В городе Карид. Он ищет тебя. Ты была настолько глупа, что одолжила у него денег? — голос Кьяры дрожал от ярости.
— Одолжила, ну и что? Чем он хуже других? — пожала плечами Равенна.
— Ты прекрасно знаешь его! Почему нельзя было попросить у меня?
— Ты и так много делаешь для меня. Я не хочу от тебя зависеть, — осклабилась Равенна.
— Будь осторожней, — через силу произнесла наемница.
— Ты все-таки беспокоишься обо мне, девочка моя, — промурлыкала Равенна. — А я уж думала, что тебя подменили, пока я купалась.
Кьяра молча смотрела на нее снизу вверх. На ее лице мешались чувства, начиная от ярости и заканчивая нежностью. Равенна бросила короткий взгляд на Адель, усмехнулась и резко развернула рыжего жеребца.
— Я заеду на днях. Надеюсь, ты встретишь меня горячее, чем проводила.
Резким движением крутых бедер, она послала жеребца в галоп. Кьяра смотрела ей вслед, пока всадница не скрылась на другой стороне долины в расщелине, потом обернулась и увидела Адель. Лицо ее сломала боль, наемница отвернулась и быстро ушла в дом.
Что с ней происходит? Мне лучше побыть с ней или не подходить? Адель решительно нахмурилась и вошла в дом. Наемница ворошила дрова в камине, чтобы те быстрее прогорели.
Нужно как-то начать разговор. В голове не было ни одной мысли.
— Равенна очень красива, — сказала Адель первое, что пришло в голову, опуская ведро с водой на пол. Кьяра вздрогнула, обернулась, и так же быстро отвернулась обратно к камину.
— Да, — коротко ответила она.
— Вы давно вместе? — осторожно спросила дворянка.
— Я пойду погуляю. — Кьяра повесила кочергу на крюк возле камина, подхватила со стола недопитую бутылку вина и прошла мимо дворянки.
Адель не растерялась и успела схватить ее за запястье. Рука была теплой и мягкой на ощупь. Кьяра остановилась, не глядя на нее.
— Хочешь поговорить? — спросила девушка.
— О чем?
— Обо всем, — Адель едва не сказала «о нас», но прикусила язык.
— Не думаю. — Кьяра взглянула на нее. В глазах наемницы стояла боль. Она осторожно высвободила руку из пальцев дворянки и проговорила: — Я вернусь вечером.
Адель с неохотой отпустила запястье, и наемница вышла из дома.
Глава 9