Откуда ни возьмись, прилетели две разноцветные птицы неизвестного мне вида. Сели рядом и с любопытством начали меня о чем-то расспрашивать.
«Фю-фить, фю-фитъ?» - трещали они.
Я знаю несколько человеческих языков, по по-птичьи, увы, не понимаю.
«Отстаньте, пернатые! Не до вас!»
Вид у меня солидный, пропорции впечатляющие, клюв того паче. Местные жители шарахнулись от меня, обругали по-своему и упорхнули. Ничто больше не мешало мне наблюдать за развитием событий.
Черная Королева показала на одного из своих молодцев, самого плечистого и рослого. Что-то сказала, кивнув на Летицию. Детина просиял тол-стогубой улыбкой и облизнулся. Подошел к моей питомице, съежившейся от страха, выплюнул в ладонь жвачку и пальцами запихал ей в рот. Очевидно, таков был ритуал ухаживания. Когда у девочки от ужаса и отвращения свело челюсть, жених ласково потянул ее за нос и, взяв другой лапищей за низ лица, помог жевать - подвигал подбородок туда-сюда.
Остальные воины смотрели с завистью и нетерпением. Они желали знать, кому достанется вторая женщина.
Однако Черной Королеве не хотелось расставаться с красноволосой чаровницей. Шаша положила
Логану на плечо свою тяжелую руку (ирландец присел) и спросила Проныру:
- Комбьен фамм демэн?35
с - Боку, боку! - воскликнул тот. - Всем хватит! Королева объяснила что-то воинам, вызвав у них взрыв восторга. И лишь после этого подтолкнула Логана к самому старому и, вероятно, самому заслуженному из приближенных. Сразу видно мудрую правительницу: отличив одних, она не забыла пообещать награду и остальным.
- Делать марьяж, пить волшебная вода! -объявила Шаша.
Она повела всех в кают-компанию, посередине * которой возвышался вырезанный из сандалового дерева истукан. Его выпученные губы лоснились чем-то красным - уж не кровью ли. Все стены были разукрашены пышными цветочными гирляндами. Королева надела одну на шею Логану, другую, пожиже, на Летицию. Таким же манером украсила она и обоих женихов. После этого минут пять все ритмично хлопали в ладоши и, приплясывая, пели что-то заунывное. Вот и вся брачная церемония.
После этого начался свадебный пир.
Все расселись на палубе: в середине королева, слева и справа новобрачные, остальные широким кругом. Мичману Шаша сказала:
- Туа, пти-ом, ва36.
Повторять не пришлось. Проныра моментально спрыгнул за борт, подняв фонтан брызг. Не оборачиваясь, побежал туда, где возле лодки торчала долговязая фигура писца.
* Сколько женщина завтра7<фр.)
* Твоя, маленький человек, уходи, (фр.)
Дикари по очереди пили из бутыли, крякал от удовольствия. Мне стадо жаль этих простодушных детей природы. Они были обречены. Ах, любовь! На какие злодейства подвигаешь ты даже благород1гую душу вроде моей Летиции!
Опьянение наступило после первого же глотка. Я много раз замечал, что представители народностей, не привычных к спиртным напиткам, сильно хмелеют даже от самой небольшой дозы.
Сразу же начались пляски. Черная Королева танцевала с монументальной неспешностью, гигантские груди покачивались, складки жира ходили волнами. Вокруг, прикладываясь к бутыли, топтались воины. Обе «невесты» сидели неподвижно, вжав головы в плечи, и ждали развязки.
Вот один из танцоров кулем повалился на палубу, захрипел. Прочие не обратили на это внимания. Упал второй, третий, четвертый. Но те, кто еще удерживался на ногах, были только рады: чем меньше оставалось людей, тем короче делались интервалы между глотками.
Наконец, повалились все кроме Черной Королевы, которая пила уже без остановки, всё еще приплясывая. Вид у нее был одурманенный, но в то же время блаженный. Она напоминала попавшего в рай гиппопотама.
- Вот чертова прорва, - заметил Гарри, отстукивая ритм ладонями по палубе. - Выдула столько яду - на целый полк бы хватило, и всё цитточем.
- Чертова прорва, - повторила Шаша, еле ворочая языком и засмеялась.
Пошатнувшись, она наклонилась над Логаном " погладила его по голове.
- Бон филь. Жоли филь. Туа фэ бон гарсон шво руж. Иль гранди, девенир мон мари37.
- Само собой. - пропишал Гарри - и с криком откатился в сторону.
Если б он этого не сделал, великанша раздавила бы его своей тушей. Яд наконец свалил Шашу. С великим грохотом она плюхнулась наземь и больше не двигалась.
Штурман вытер пот.
- Уф! Хорошо, что дело не дошло до брачного ложа. Нам с вами, Эпин, грозили бы большие неприятности...
Летиция молча перекрестилась. -Дело сделано, - сказала она, приподняв королеве веко. - Уходим отсюда. Мне не по себе.
- Мне тоже. Молодцом, доктор. У вас настоящий талант отравителя. Надеюсь, что фляга, приготовленная для наших друзей, окажется не менее эффективной.
Моя бедная девочка, преступница во имя любви, спешила покинуть место убийства.
- Идемте же! - торопила она штурмана. Некогда он первым спустился вниз, Летиция
вдруг воскликнула:
- Черт! Я где-то обронил свой стилет! Наверное, внизу. Идите, Логан. Я вас догоню!
С недоумением я наблюдал, как она складывает в подол платья оставшиеся после пира бананы и кокосы. Последние она надрезала стилетом, который, оказывается, вовсе не был потерян.
Потом моя питомица действительно спустилась вниз. Заинтригованный, я следовал за ней.
Хороший девка. Красивый девка. Твоя дед an. мальчик красные волосы. Он расти, становись мой муж (фр.)
В трюме копошились осиротевшие малыши. Бедные крошки! О них-то я не подумал, а ведь они погибнут тут без матери.
Летиция положила фрукты и орехи на пол.
- Мама и дяди бай-бай, - сказала она самому старшему из мальчиков, прикладывая сложенные ' ладони к уху и зажмуриваясь. - Долго бай-бай. До завтра. Ешьте, пейте, ничего не бойтесь. Мама и дяди проснутся.
Малыш посмотрел на нее и засмеялся. Вряд ли он что-либо понял, но цапнул банан и сунул в рот.
- Приглядывай за маленькими.
Летиция погладила его по курчавой головенке и поспешила назад на палубу.
У меня будто гора с души свалилась. Теперь я видел, что дикари не мертвы - они спят глубоким сном. В роме был не ял а снотворное!
Та, которой я отдал свое сердце, не изверг и не чудовище. Какое счастье!
(ЩрЪ1г-с£о£
/T^i боры к экспедиции вглубь острова заняли Ж всего несколько мшгут. Всеми владело не-Jm- 1 терпение.
• тЩ^г Логан велел не брать с собой огнестрельного оружия, чтоб не обременять себя лишней тяжестью, ведь хищных зверей на Сент-Морице пег, а дикари все передохли. Инструменты, по словам штурмана, тоже не понадобятся - Пратт оставил в пещере всё необходимое.
Шли налегке. Единственной ношей была заплечная сумка с провизией. Гарри строго объявил, что, пока сокровище не будет найдено и вынесено, к спиртному прикладываться запрещено. Но все и так были, словно хмельные. Проныра приплясывал на месте от возбуждения, Клещ беспрестанно кусал свои тонкие губы. Летиция побледнела, ирландец раскраснелся.
- Вытаскиваем ларь с драгоценностями, перепрятываем в надежное место, - говорил он. - Только после этого дадим сигнал капитану, что можно высаживаться. Дележ произведем, пока остальные будут перетаскивать золото и серебро.
Королевский писец вставил:
- Золото и серебро я взвешу и пересчитаю сам. Это собственность казны. А ларец будет справедливым воздаянием за перенесенную нами опасность.
- Вы-то, положим, к дикарям в пасть не лазали, стояли себе на безопасном расстоянии, - заметил мичман. - Будет справедливо, если вы получите меньше, чем мы.
- Как бы не так! Уговор есть уговор. - Мэтр Са-лье подозрительно прищурился. - Я знаю толк в драгоценных камнях, надуть меня вам не удастся!
- Успокойтесь, приятель. - Логан хлопнул писца по плечу здоровой рукой. - Вы собственноручно поделите добычу на четыре части, равные по ценности. А потом мы разыграем их, бросив жребии.