- Нет...
- Да, лучше тонуть. Моя бросать к тебе твоя подружка. Вы тонуть вместе.
Великанша вернулась туда, где валялся оглушенный Поган, легко перекинула его через плечо и принесла к болоту.
- Не надо! - всхлипывала Петиция. - Вытащите меня! Пожалуйста!
Я тоже просил как только мог, даже голос сорвал. Грязь уже доходила девочке до плеч.
Держа ирландца на весу, Шаша остановилась и рассудительно сказала:
- Зачем? Мои мужчины все умирать. Женщины им не нужны. Мне тоже. Мне нужны мужчины, мужчин больше нет. - На глаза Черной Королевы навернулись гигантские слезы. Она сердито смахнула их и рявкнула. - Вы, две колдуньи, их убивать! Теперь обе тонуть!
Тогда Петиция поменяла тактику, поняв, что мольбами ничего не добьется.
- Да, я колдунья! - крикнула она. - Большая колдунья! Это я заколдовала вас! Но я моту...
Не дослушав, Шаша с ревом швырнула ирландца на землю и ринулась к трясине: -Ты не тонуть! Я рвать тебя пополам!
- Смотри! Смотри!
Палец Летиции указывал на бесчувственное тело. У Гарри задралось платье выше пояса, так что недвусмысленно обнаружилась его половая принадлежность.
Черная Королева обернулась и замерла. Ее двойной подбородок отвис, красный язык растерянно шарил по пересохшим губам.
- Видишь, какая я великая колдунья? Я превратила свою подругу в мужчину! Вытащи меня!
Недоверчиво Шаша присела на корточки и проверила, не мерещится ли ей чудесное превращение. На лице великанши появилась нежная, почти девичья улыбка.
- Да, теперь это мужчина, - сказала она. - Но моя один мужчина мало. Я тебя вынимать, если ты тоже превращать себя мужчина. Или ты тонуть. Зачем мне женщина?
- Я сделаю еше лучше, - пообещала Летиция, задирая голову - болотная жижа доходила ей уже до шеи. - Я расколдую твоих мужчин обратно.
Королева улыбнулась еще шире:
- Очень хорошо. Тогда можешь оставаться женщина. Мои мужчины хотеть женщина.
Всякая другая, находясь в положении моей питомицы, немедленно согласилась бы - на что угодно, лишь бы поскорей выбраться из топи. Но честная девочка даже тут не покривила душой.
- Нет, я не стану женщиной твоих мужчин. Ты меня отпустишь.
Тогда Шаша ступила одной ногой в воду, протянула свою 01ромную ручищу и пятерней обхватила Летицию за локоть, чтобы та погодила тонуть.
- Ты колдунья, ты умный, думай сам, - сказала она. - Моя нравится красноголовый мужчина. Он очень красивый. Другие мужчины ревновать и скучать. Моя давать им тебя, и они довольны. Ты тоже довольный. Двенадцать хороший мужчина! Нет, - заключила она, - моя не могу тебя пускать.
- А если всех вас отпущу я? - вкрадчиво произнесла Летиция, снизу вверх глядя на ту, от которой зависело ее спасение. - Домой, в Африку?
- Куда? - переспросила Шаша. - Что такой «Африка»?
Летиция начала ей объяснять, но тут силы меня оставили. Сказались последствия удара и волнение.
Закружилась голова, я ощутил невыразимую слабость и лишился чувств.
»**
О дальнейшем ходе событий я могу лишь догадываться. Их свидетелем я не был.
После всех потрясений, после полученной травмы я был нездоров. Ночь я проспал мертвым сном, а когда пришел в себя, оказалось, что я лежу на песке, заботливо прикрытый пальмовым листом. Рядом шелестели волны,, раздавался мерный скрип.
Приподняв крылом лист, я увидел поразительную картину.
Был прилив, уровень воды поднялся выше середины рифов, обрамлявших лагуну. В тридцати шагах от кромки вялого прибоя покачивалась на волнах шхуна, которая еще вчера казалась прочно засевшей на мели. В первую минуту я не понял, кому и как удалось вытащить ее из песка, но потом увидел привязанные к корме канаты.
По палубе и вантам сновали черные голые матросы. Кто-то катил бочку с водой, кто-то неумело, но ^сердно тянул за трос, Моя девочка стояла на мостике, отдавая распоряжения. Рядом, обмахиваясь веткой, сидела Черная Королева и переводила команды своим подданным.
Я не мог взять в толк, что происходит. Летиция уплывает с дикарями в Африку? Но она не умеет управлять судном, не знает навигации!
Выполз я из своего импровизированного укрытия, попробовал взмахнуть крыльями - получилось. Они высохли и были достаточно крепки для полета.
Что ж, в Африку, так в Африку Куда моя ле-вочка, туда и я!
Минуту спустя я был на шхуне. Сел на кормовой фонарь, осмотрелся.
Выяснилось, что с берега я разглядел не всех, кто находился на мостике.
Летиция стояла, Шаша сидела, но был тут еше один человек, который лежал.
Гарри Логан, бледный и измученный, валялся на палубе, прикованный к ноге королевы длинной тонкой цепью - должно быть, раньше на ней держали «черный товар».
- Что теперь? - спросила его Летиция. Штурман слабым голосом ответил:
- Всё готово к отплытию. Осталось только крутить капстан и поднимать паруса. - Он послюнил палец ловя направление ветра Потихоньку. Хватит форстакселя и кливера...
- Двоих человек вон к той штуке, вертеть палки, - объяснила Летиция королеве. - Еще двоим тянуть BOFi за те веревки.
Шаша рявкнула:
- Шатумба зандези уммарда! Кондола му рутнуда дангале кенде лабасеси! Шанда, шанда!
Удивительно, но всё получилось: якорь был поднят, парус постепенно разворачивался и наполнялся ветром. Ровньш, свежий пассат дул в восточном направлении, как и полагается в этом сезоне. Ветер дул в сторону Африки и, если не случится какой-нибудь природной аномалии, через две-три недели доставит Шагну и ее лю-гей к родным берегам.
- Эпин, не оставляй меня с этим чудовищем, - разбитым голосом попросил Гарри. - Ты не представляешь, что она со мной проделывала этой ночью! Не знаю, как я только остался жив!
Черная красавица любовно потрепала беднягу по рыжему затылку. Он вжал голову в плечи, всхлипнул.
- Жоли-ду пти ом, - проворковала Шаша. -Боку плезир пандан вояж41.
Красияыи-сладкии че ювечгк. Много Удовольствии во время плавании
'искаж. фр)
Лотан заплакал.
Она приподняла его, словно болонку, смачно поцеловала своими лиловыми губишами и посадила к себе на колени.
- Тужур авек муа, мон шево-руж!42
Не знаю, можно ли винить мою питомицу за го, что она злорадно рассмеялась.
- Днем ты будешь стоять у штурвала, прикованный цепью, а по ночам - ублажать Черную королеву. А когда совсем выдохнешься, тебя выкинут, как истрепавшуюся тряпичную куклу!
- Моя никогда не кидать красные волосики! -запротестовала Шаша. - Много кормить, много любить. Рожать много-много детки.
Корабль медленно двинулся в сторону узкого пролива.
- Вставай к рулю, Гарри Логан, - сказала Летиция. - Мы расстаемся навсегда. Желаю тебе сполна расплатиться со Всевышним. Может быть. Он простит тебя, если ты населишь Африку рыжеволосыми негритятами.
Легким подзатыльником Шаша послала ирландца к штурвалу, а моей питомице сказала:
- Адьё, сорсье. Туа фэ туе проми. Ва! 41 Ша-ганда чакта!
Летиция поклонилась чернокожей властительнице и прыгнула за борт, крикнув:
- Клара, за мной!
Я и так уж взлетел в небо. Сделал прощальный круг над шхуной, по реям которой сновали черные матросы. Насмешливо поклекотал рыдающему Лога ну да полетел к берегу.
Навсег ia со мнон. мой рыженьким' (искал. <рр.> *' Протай, ко.игнья1 Ты с w ia ia все. чтоойеша ia Ступа"' <ui каж. $pJ
Начавшийся отлив нес судно в открытое море.
К своей питомице я присоединился, когда она уже стояла по щиколотку в воде и выжимала платье, стройная и прекрасная, как античная статуэтка.
- У нас много дел, - сказала Летиция. - Надо хорошенько спрятать ларец. Потом собрать сырые ветки для костров. Ночью, во время следующего прилива, сюда войдет «Ласточка».
^Возвращние в Я?ай
уу- ледующей ночью было светло, почти как *днем. В небе сняла полная луна, похожая Jk .на гигантский тропический плод. Вода . ^Щ^^ поднялась еще выше, чем во время прошлого прилива. Наш фрегат без труда вошел в лагуну и встал на якоре в сотне шагов от берега-