Когда я подсела к ней, второе, на что обратила внимание — синяки. Я уже говорила вам. На ее руках и на шее Маргариты. Такие синяки, — Лия невольно потерла свои запястья, — характерны не для случайного контакта и не для беспорядочной борьбы. Они симметричные, глубокие, с выраженной полосой давления. Так выглядит хватка человека, который удерживает долго и целенаправленно. Это называется следами силового фиксирования. Обычно их оставляют, когда человек пытается ограничить движения другого, подавить сопротивление. У жертв абьюза такие синяки встречаются нередко — они говорят о регулярных эпизодах контроля тела, о том, что жертва не могла свободно распоряжаться собственным пространством.
Артем, так и оставшийся стоять на ногах, но опирающийся на стол, посмотрел на Вадима.
— Ты говорила про следы следователю?
— Конечно. Только вот он и слушать не стал. Даже не уверенна, что отразил в протоколе допроса.
— Верно думаешь — не отразил, — кивнул Артем. — Поверь, Вадим и пальцем эту дрянь не трогал….
— Серьезно? — приподняла бровь Лия. — Сдается мне, что Вадим Евгеньевич способен и не на такое, — она демонстративно положила на стол сломанную руку.
— Ты помогла скрыться похитительнице моих детей! — рыкнул тот.
Алия только кивнула, принимая справедливость его бешенства.
— Алия, синяки были…
— Свежие, да. День-два, не более, — Лия сразу же поняла, что от нее хочет Артем.
— То есть… между похищением и нахождением детей кто-то нанес ей такие следы… И снял вторую квартиру….. сообщник…
— Или сообщница, — перебила Лия, ощущая уже очень сильное головокружение. Выпрямилась через силу, глядя на обоих мужчин спокойно и уверенно, а у самой по спине катился холодный пот от слабости.
— Сообщница? — переспросил Артем.
— Почему ты исключаешь этот вариант? — сглотнув, ответила она. — Женщины в абьюзивных системах порой оказываются не менее жестоки, чем мужчины. Более того, они способны поддерживать цикл насилия, становясь его частью… — Она будто споткнулась на словах; говорить становилось всё труднее, голова кружилась все сильнее.
Внезапно Вадим поднялся и вышел из кабинета. И как-то сразу стало легче дышать.
— Зачем ты меня сюда приволок? — пробурчала Лия Артему. — Мог бы и сам выспросить. Неужели думаешь, что я бы стала молчать или отпираться?
— Алия, слышал эта ночь у тебя прошла весьма бурно, — прищурил глаза Артем, — или я что-то не так понял?
Лия отвела глаза в сторону.
— Одну не могут найти, — он наклонился к ней, снова ловя глазами глаза, — вторая раскаялась настолько, что ложкой вены перерезала — смех да и только…. Третья не хочет даже мозг свой включить, хотя айкью, как мне птички напели, 141. Скажи мне, это отвага или дурость? Алия, вокруг Вадима закрутился клубок, а я никак не могу найти конец ниточки. Знаешь, как это бесит и раздражает?
— Судя по тому, что я о Громове слышала, — не смогла не съехидничать Алия, — деградация спецслужб цветет пышным цветом….
Артём вскинул бровь, но не обиделся — наоборот, угол его губ чуть дрогнул, будто ему нравилась её колкость.
— Мы не боги, Алия, — пожал плечами альбинос. — Да, у Вадима серьезные связи — без них никто не смог бы вытащить тебя. Статья тяжелая, у следаков нет больше подозреваемых, а ты сама знаешь, что нашим следователям кровь из носа нужно кого-то крайним сделать. Ты для этого — идеальная фигура. На то и был расчет. А если с горя сиганешь под фуру на ближайшей трассе — так вообще замечательно. Все померли, дело можно закрывать. Защитить тебя здесь — всяко легче, чем в Москве.
— Он с ней спал? — глядя прямо в глаза безопаснику, спросила Лия.
Артем слегка замялся.
— Можешь не отвечать, — Лия брезгливо дёрнула щекой, словно сама формулировка ей была неприятна.
— Это сейчас не имеет прямого отношения к делу, — поспешно произнёс Артём. — Алия, она жила у него больше двух лет. Дети воспринимали её как родственницу, он сам… — он запнулся, потер глаза. — Ты правильно заметила: она действительно похожа на Алису. Может, он и не удержался. Я не буду гадать.
Двери в кабинет открылись, Артем тут же выпрямился, отстраняясь от Лии. Они и сами не заметили, как говорили, почти касаясь друг друга локтями. Вадим это заметил, поджал губы недовольно.