— Спасибо.
Даня лишь тяжело вздохнул и, взяв мой рюкзак, подмигнул:
— Если ты не вернешься через час, в нормальном состоянии, я приду за тобой с поисковой командой. — Пошутил он.
— Честно говоря, если что-то пойдёт не так, то я сама тебе позвоню.
— Ладно, смотри не забудь, — сказал он, подмигивя. Это было его способом сказать: я поддерживаю тебя, даже если прощаюсь.
— Обещаю! — уверила я.
Вызвав такси, я направилась к дому своего возлюбленного. Пейзаж за окном стремительно менялся, улицы и дома промелькивали, и в каждом из них я искала знакомые символы, напоминающие о нашем времени вместе. Но тревога всё равно проскальзывала в мои мысли, как городская суета, которая не хочет успокаиваться. Я пыталась сосредоточиться на том, что меня ждёт впереди, но каждый чёртов сигнал светофора, каждое движение в потоке машин вызывали во мне новый прилив волнения.
Сердце стучало в унисон с ритмом города, и я ловила себя на том, что затаила дыхание, представляя, как откроется дверь, когда я позвоню в звонок. А вдруг он просто не хочет меня видеть? Эта мысль пронзила моё сознание, как острый металл, пробуждая самые ужасные сценарии. Что если за это время всё изменилось — и он больше не хочет быть со мной?
Время казалось неподвижным, и каждая минута растягивалась до предела. Наконец, такси завернуло в его район.
Я расплатилась за такси, чувствуя, как напряжение постепенно накапливается внутри. С каждой секундой ожидания мне становилось всё тяжелее. Подойдя к воротам, я ввела код от замка и прошла внутрь двора. Знакомый пейзаж, который когда-то приносил радость, теперь казался пустым и безжизненным. Двор был совершенно пустой, и сердце не на шутку забилось в груди: машины Макса не было видно, мертвая тишина окутывала пространство, создавая атмосферу некой отчужденности.
Я оглядывалась, внимая окружающей тишине, как будто она скрывала какие-то тайны. Взгляд метался по знакомым местам: уличные качели, маленький прудик, дорожка, ведущая на задний двор. Всё это было сейчас наполнено непривычной пустотой. Тишина казалась оглушающей.
— Чертов Соколов. Ну где же ты?
Могло произойти всё что угодно: возможно, он просто заперся дома и не хочет никого видеть, или же случилось что-то серьезное.
Собравшись с мыслями, я сделала шаг к двери, осознавая, что должна попытаться. Нежданная решимость змеилась в моих венах, когда я немного замерла, вглядываясь в темные окна, но ни одно из них не раздвинулось. Я поставила пальцы на металл звонка и нажала, звуковая волна разнеслась по двору, отзываясь под гулким эхом тишины. Пауза, которая последовала, показалась вечностью.
Не дождавшись ответа, я снова нажала на кнопку, и звук снова пронесся вокруг. "Почему он не выходит?" — снова спросила я себя, гадая на ходу. Заслушавшись, я решила, что не могу просто так стоять на месте. Внутри меня возникло бурное желание пробиться сквозь эту стену молчания.
Я подошла ближе к двери, сделала ещё один шаг в это мракобесие. Словно сама судьба подталкивала меня. Я начала стучать, прилагая всё больше усилий.
— Макс, это я, Лера! — крикнула я, надеясь, что он сможет услышать меня.
Я была готова ждать хоть целую вечность, лишь бы он был в порядке.
Дернув за ручку, дверь оказалась открытой.
Странное ощущение нахлынуло на меня — смесь облегчения и растерянности. Я медленно приоткрыла дверь, стараясь не создавать лишнего шума, и шагнула внутрь.
Я огляделась. Мягкий свет пробивался сквозь шторы, создавая уютную атмосферу, но она была обманчивой. Я продолжала двигаться, раздумывая, где мог быть Макс.
— Макс?
Я направилась на кухню и заметила, что посуда была разбросана по столу, а некоторые вещи валялись на полу.
— Что здесь произошло?
Я решила подняться на второй этаж. В комнате Макса, всё выглядело так, будто тут прошёлся ураган.
На полу валялись разного рода вещи — книги, обувь, какие-то мелкие предметы. Куча неразобранных бумаг, счета, старые вещи и заметки переплетались вместе, создавая мрачную атмосферу, в которой я чувствовала себя неуютно.
Я начала перебирать бумаги, надеясь найти что-то, что могло бы подсказать, где он сейчас. Некоторые из этих документов были странными, и большинство из них — черновики, казавшиеся не совсем завершенными.
— Что за чертовщина? Макс?
Неподалеку от кучи бумаг я заметила его любимую кружку, опрокинутую на столе. Она была пуста, но следы кофе, оставшиеся на поверхности, напоминали о том, что он совсем недавно был здесь.
Я вновь взглянула на беспорядок.
Быстро собрав свои мысли, я покинула комнату, решительно направляясь к двери. Взяв телефон, я набрала номер Димы. Гудки были длинными и тягучими, и с каждым из них я ощущала, как тревога заполняет меня всё сильнее. Однако после нескольких попыток я вновь услышала лишь молчание.