— Я люблю тебя, Валерия Соколова.
Я опешила.
— Что ты сказал?
— У меня есть подарок для тебя, вернемся в машину?
— Хорошо, — недоуменно ответила я, ощущая, как сердце бешено колотится.
Он что, хочет сделать мне предложение? Нет, это конечно круто, но становится женой в 20 лет, я не планировала! Так, Лера, дыши. Он не собирается делать тебе предложение. Или собирается?
Дойдя до машины, Макс вытащил с заднего сидения машины яркую синюю коробку, обвязанную лентой с серым бантом. Я почувствовала, как тяжесть с моего сердца постепенно уходит. Не кольцо, можно выдохнуть.
— Открывай.
Я медленно развернула бантик, и, сняв крышку, обнаружила там серое худи. На спине, большими буквами, была написана его фамилия — "Соколова".
Мои глаза расширились от удивления.
— Это... Это что? — спросила я, чувствуя, как в голове царит путаница.
Макс, казалось, ждал именно этой реакции. Он улыбнулся, и в его глазах я увидела искренность и надежду.
— Это твоя будущая фамилия, — произнес он, его голос был полон нежности. — Я хочу, чтобы ты знала: ты не просто моя напарница по проекту, ты часть моей жизни, которую я хочу провести с тобой.
Словами Макса овладело что-то теплое. Я ощущала, как в груди нарастает волнение. Это худи — это не просто подарок, это обещание.
— Ты серьезно? — удивленно спросила я, не веря своим ушам.
— Абсолютно, — ответил он, смотря мне в глаза.
— Я даже не знаю, что сказать. Это же не предложение руки и сердца?
— А ты хочешь, чтобы это было предложением?
— Если честно, то я не готова.
Макс звонко рассмеялся.
— Просто скажи, что ты примешь этот подарок, — произнес Сокол, его голос стал чуть более тихим.
Я с улыбкой посмотрела на него.
— Да, я приму это, — наконец произнесла я, обнимая его. — И я с радостью, буду носить это худи.
— У меня есть еще один подарок, — произнес Макс и уже через мгновение вытащил огромный букет фиолетовых калл, — С днем рождения, Лера.
— Ты полный идиот, — я улыбнулась, смахивая слезы с полыхающих щек.
— Ты прощаешь меня?
— Я, постараюсь не дуться на тебя слишком долго, — мягко улыбнувшись, ответила я.
— Мне этого достаточно, — произнес Соколов, слегка коснувшись моих губ своими. Этот поцелуй стал примирительным, нежным жестом, который говорил о том, что мы оба стремимся к пониманию и восстановлению наших отношений.
— Теперь, ты как истинный джентльмен, должен отвезти меня поужинать! — с игривым настроением напомнила я, чувствуя, как настроение поднимается. — У меня ведь день рождения.
— Конечно, я именно это и собирался сделать! Поедем в ресторан или бар? Или..?
— Давай просто кафе, да?
— Как скажешь, Птенчик.
В салоне автомобиля витал его аромат — такой родной и приятный. Я позволила себе углубиться в это ощущение, наслаждаясь моментом. Макс включил музыку, и в воздухе зазвучала мелодия Ellie Goulding — "Lights". Ее ритм идеально вписывался в нашу атмосферу, наполняя пространство светом и теплом.
Я смотрела в окно, где мимо проносились огни города, а музыка создавала особую магию вокруг нас. Макс с легкостью управлял автомобилем, а его уверенность вселяла в меня спокойствие.
— Ты знаешь, что я всегда обожала эту песню? — произнесла я, не отрывая взгляда от пейзажа, который сменялся за окном.
— Да, конечно знаю! Ты пела её, когда мы готовили ужин в прошлый раз, — Макс улыбнулся, в его голосе чувствовалось тепло.
Я повернулась к нему и заметила, как Сокол любуется мной, пока я напеваю песню.
— Смотри на дорогу! — Весело ответила я ему.
Макс посмеялся, а затем послушно выполнил мою просьбу. Наконец мы доехали до кафе. Мой желудок уже давно начал издавать странные звуки. Словно внутри меня поселился огромный кит, который очень любит попеть. Кажется, еще немного и он выйдет наружу.
— Я сейчас умру, если не поем, — шепотом произнесла я, заходя в заведение и, стараясь не привлекать лишнего внимания.
— Значит, нужно срочно тебя накормить. Не хотелось бы вновь потерять тебя, тем более вот так! — Макс придержал входную дверь.
Кафе выглядело уютно и по-домашнему тепло. Интерьер его напоминал старые забегаловки у дороги. Клетчатые диваны, деревянные стены, окрашенные в зеленый цвет. Я словно попала в Сумерки, в ту самую кафешку, где Чарли и Белла обедали бургерами и картошкой фри. Оглядевшись по сторонам, Макс нашел нам свободный столик у окна. Сев на мягкий диван, я взглянула на Соколова. Мы не виделись три месяца, а кажется, будто прошел год. Скулы Макса стали более выраженными, волосы словно потемнели. Одно неизменно — его взгляд и мягкая улыбка.