Время пролетело со скоростью света, а мне так не хотелось, чтобы оно останавливалось. Макс действительно многое сделал для нашего проекта, мне оставалось лишь немного добавить от себя. Чтобы вся его писанина, звучала более убедительно.
— Ну как? — Соколов сидел у меня под ухом, рассматривая свои каракули, — Все правильно?
— Да погоди ты, я сейчас ошибусь и все, конец нашей пятерке! — Я посмеялась и взглянула на парня.
— Ага, значит ты признаешь, что я умничка.
— Замолчи, Соколов, иначе убью!
— Понял, не трогаю. Пойду чай налью, ты какой любишь?
— Зеленый без сахара, пожалуйста.
Макс спустился на кухню, а я отложила чтиво в сторону. Мозг уже совершенно не варит. Мы работали с пяти часов, на минуточку, сейчас уже десять. Как я еще жива осталась? Руки потихоньку начинают неметь, нужно срочно сделать зарядку.
Удивительно, но работать с Максом оказалось не самым ужасным решением Александра Николаевича. Благодаря этому зануде, я, вполне возможно, получу «отлично». Я на это очень надеюсь.
Я поднялась с кровати и подошла к окну, выходящему на дорогу, стараясь отвлечься от потока мыслей. Но чем больше я смотрела в даль, тем яснее осознавала, что нет никого, кто мог бы занять мои мысли, кроме него. Его волосы, его тело, его лицо… То, как он смотрит на меня. Нет, я точно все выдумываю.
Я пыталась успокоиться, убеждая себя в том, что все это просто игра воображения. Но с каждым новым взглядом Макса я чувствовала, как моё сердце бьется быстрее, а в груди разгорается тепло.
А что я могу с этим сделать?
Будто я могу противостоять своим чувствам.
Неужели я действительно начинаю что-то испытывать к этому наглецу?
Я не должна.
Макс вернулся в комнату с двумя большими кружками чая.
— Время перерыва, мы заслужили. Шоколад в ящике сверху, — Соколов поставил чай на стол.
— От кого ты его прячешь?
— В целом… Мне просто было лень относить его обратно в холодильник.
Я забрала свою кружку и произнесла тихое:
— Спасибо!
Соколов сел на пуф, прямо напротив меня. Ненароком я вглядывалась, то на его открытые ключицы, которые сверкали при каждом движении, то на вздувшиеся вены на его сильных руках. Скажу по секрету, Макс казался настоящим воплощением всех тех фантазий, о которых пишут в дарк романах: немного опасным, чуть загадочным, с шармом, который заставлял меня слышать свой собственный пульс.
Сейчас, больше всего на свете мне хотелось снять с него эту дурацкую футболку и наброситься.
Черт бы тебя побрал, Соколов.
— Все в порядке?
Нет, все совсем не в порядке.
Я кажется, хочу переспать с Максом Соколовым.
То есть, с тобой.
И сделать ничего не могу.
Помогите.
— Конечно, просто немного устала.
— Мы можем продолжить завтра, — парень встал с пуфа и приблизился ко мне, — если ты хочешь.
— Нет, закончим сегодня. Осталось совсем немного.
— Лер, — Макс взял мою руку, — ты вчера еще умирала, давай оставим на потом.
— Но…
— Я сам доделаю, я же умничка, — Парень поднялся с кровати, — забыла уже?
— Дурак, — я запульнула в Соколова ближайшей подушкой.
— Эй, а вот это уже наказуемо.
— Да? И что ты сделаешь? Кинешь эту подушку обратно в меня?
— Нет уж, я сделаю кое-что похуже, держись, Витвицкая!!!
Соколов напал на меня с самой отвратительной пыткой в истории человечества. Он защекотал меня!
— Макс, прекрати, я боюсь щекотки, — смеялась я и отбивалась от парня, как могла.
— А я боюсь подушку, тем не менее, ты ее кинула.
Я пыталась вырваться из крепких рук парня, но все было бестолку. Макс вцепился в меня, как лев в добычу, за которой охотился целые сутки.
Наконец, Соколов останавливается и у меня есть время сбежать из комнаты пыток. С громким смехом, я выбегаю за дверь и пытаюсь удержать ее своим весом, но Макс все еще сильнее меня. Он одним рывком открывает дверь и почти сносит меня, благо я успеваю забежать в ванную и закрыться за собой.
— Выходи, подлый трус, будем драться, — говорил обезумевший Соколов, — Птенчик, это мой дом, долго не получится посидеть, у меня ключи от всех дверей.
Вот черт. Хитрый индюк!
— Я ушел за ключом, жди меня!
За дверью послышался звук отдалившегося Макса, я открыла дверь.
— Ага, попалась! — Парень схватил меня на руки и понес обратно в комнату.
— Эй, отпусти, ты меня обманул, — я била кулаками по накаченной груди Макса, — это совсем нечестно! Это против правил!
— А закрываться в моем же доме? Это честно?
— Да!
Красные, запыхавшиеся от беготни, мы с Максом взглянули друг на друга.
— Ты похожа на вишенку.
— А ты тогда на томат.
— Меня это устраивает, — Макс приблизился к моему лицу.