Я аккуратно поднялась с постели, забрала свою одежду с пуфа и ушла в ванную комнату. Через полчаса я уже была готова к предстоящему дню.
Выпив настоящий кофе из огромной кофемашины, я открыла телефон. Нужно срочно написать Дане!
Лера: Проснись и пой, соня! Займи мне место, я возможно опоздаю *смайлик поцелуй*
Сообщение отправлено. Теперь можно не переживать. Даня серьезный человек, он ко всей сессии относится ответственно. Зная его столько времени, он еще ни разу никуда не опаздывал. Перфекционист тот еще.
— Салют, Птенчик, — послышалось со стороны лестницы.
Макс медленно потянулся, расправляя свои плечи.
— Доброе утро.
— Я уж было подумал, что ты вызвала такси и сбежала. Прямо-таки современная золушка. Туфельку то оставила?
— Точно, я же могла сделать так… — я закатила глаза.
— Но ты предпочла дождаться меня, как это мило.
— Мир не крутится вокруг тебя, Соколов. Просто напоминаю.
— А вот и крутится, — Макс открыл дверь холодильника, — Ты уже позавтракала?
— Только кофе, не ем с утра. — ответила я, покачав головой. У меня никогда не было привычки завтракать.
— Тогда, тебе придется подождать еще какое-то время, — Соколов достал из холодильника пару яиц, бекон и немного овощей, — потому что я без завтрака — не я.
К слову, выехали мы только через полчаса. До начала первого зачета осталось совсем мало времени. Макс заставил меня ехать на переднем сидении, отчего я чувствовала себя немного неловко. На включенном радио заиграла Rosenfeld - Body, одна из тех песен, которые играют у меня дома каждый вечер. При ее прослушивании я испытываю безграничное количество эмоций. Ритм пульсирует, подобно биению сердца, увлекая в водоворот страсти и желания. Мелодия струится, обвивая тело, укутывая его в бархатную дымку чувственности. Она манит, дразнит, пробуждая жажду прикосновений, жажду единения. Эта музыка — завораживает, очаровывает, заставляя забыть обо всем, кроме сладостного томления, разливающегося по телу.
Макс замечает мои такие неочевидные перемены в лице. Боковым зрением я вижу, как он периодически наблюдает за мной и слегка улыбается.
— Понравилась музыка? — Спрашивает он.
— Неплохая, да. — Я взглянула на Макса, который и бровью не повел, лишь улыбнулся.
— Знаешь, что это за музыкант?
— Нет, — соврала я, — впервые слышу эту песню.
— Rosenfeld. Это французский певец, он сам пишет свою музыку. Обязательно послушай еще несколько его произведений. Тебе понравится.
— Если не забуду. — Скромно ответила я. Знал бы он, что я слушаю этого артиста с его первой песни.
Мы ехали слишком быстро. Машина Макса хоть и не была спортивной, но гнала точно больше 150 км/ч. Окна были закрыты, в связи с этим внутри автомобиля чувствовался запах ее хозяина. Едва уловимые нотки свежести и древесной элегантности переплетались в воздухе, окутывая пленительным шлейфом. Каждое движение Макса рождало новые грани аромата. Немного цитрусовых нот, создавали приятный, мягкий аромат.
Я отвернулась от парня, надеясь, что он не заметил, как долго я пялилась на его лицо. За окном шел слабый дождь. Капли которого, медленно сползали по стеклу. Не доехав до место назначения, я заговорила.
— Высади меня за поворотом, пожалуйста, — попросила я, указывая место за поворотом, — вот там.
Макс недоуменно посмотрел на меня.
— Зачем? Нам осталось проехать, буквально 300 метров, — Макс недоуменно смотрел на меня, — подожди минутку.
— Стой! — Я сжала губы. — Нас не должны увидеть вместе.
— Серьезно?
— Да! — я сползла по кожаному креслу вниз.
— То есть, как ночевать вместе, так еще и на одной кровати, то это ладно, нормально, а как приехать вместе — так кошмар. — Макс с легкой усмешкой взглянул на меня.
— Это другое! — Протестовала я.
— Да что ты?
— Ты сам не отпускал меня домой, —возразила я, — выпусти пожалуйста, я дойду.
— Там дождь, Лер. — Соколов указал на окно автомобиля, по которому медленно стекала вода.
— Он еле идет.
— Так, все, я доеду до главного входа и это не обсуждается, — Макс резко повернул руль, — Никто на нас даже и не посмотрит.
— Соколов, почему ты всегда делаешь по-своему? Бесишь.
— Мир крутится вокруг меня, забыла, Птенчик.
— Не называй меня так.
— Выходи, — Макс заглушил двигатель, — Видишь, никого нет.
Я оглянулась. На крыльце университета и правда было пусто.