Спустя два дня, как он и ожидал, для разговора с ним военачальники избрали Клеарха. Выплат не было ни греческим, ни персидским полкам, сундуки пустовали, а наполнить их было нечем. Царевич сидел за столиком на террасе и под рыжеватыми лучами закатного солнца неторопливо смаковал финики и местный мягкий сыр.
– Архонт? Я так и знал, что ко мне пошлют именно тебя. Весьма кстати. Присаживайся, присоединяйся к моей трапезе. Таких знатных фиников ты, наверное, нигде и не пробовал.
Вид у Клеарха был точь-в-точь такой же, как на их первой встрече, словно время было над ним не властно. В свою очередь, спартанец разглядел, что под бременем непомерной ответственности молодой полководец несколько осунулся.
– Благодарю, великий, – сказал Клеарх и, взяв с блюда финик, сжевал его, продолговатую косточку сплюнув в ладонь. – Очень вкусно.
Между ними застыла тишина. Кир ждал, забавляясь этой игрой в молчанку. Так, втихомолку, они управились с блюдом, а слуга поставил на столик тарелку с тонкими ломтиками мяса и жареные зубчики чеснока, в которых Клеарх души не чаял; взяв сразу пригоршню, он начал с аппетитом похрустывать.
– Великий, – вымолвил он после, казалось, бесконечной паузы.
Кир со смешком его перебил:
– Ты славный человек, Клеарх. Несмотря на всю свою нелюбовь к подобным делам, ты все же вызвался задать мне вопрос об оплате. Я тебе, кажется, уже говорил о гонцах, которых я разослал? Причина, по которой мне и пришлось отклониться от нашего основного пути. В Киликии у меня есть друг, который нам поможет.
– Ты знаешь здешнего царя? – спросил Клеарх, поднимая за богов чашу с вином и делая из нее долгий глоток, чтобы как-то пригасить во рту вкус чеснока. – У вас с ним дружба?
Кир от его вопроса заметно помрачнел.
– Дружбы у нас нет. Хотя в ранней юности мы были близки. Но потом у нас произошла размолвка, и мы перестали с ним ладить.
– Он увел ее у тебя, или ты увел ее у него?
Кир поперхнулся вином, забрызгав столешницу.
– Тебе и впрямь всегда нужно быть истинным спартанцем, таким бесцеремонным?
Клеарх пожал плечами:
– Жизнь показывает, что такие вещи обычно проще, чем мы их подаем.
– В данном случае да, мы с ним любили одну женщину. А она любила меня, но вышла за него! Ты это именуешь простотой? Это не какая-нибудь вздорная сказка о двух влюбленных, спартанец. Она избрала не того человека, вот что я тебе скажу. – Царевич вздохнул какому-то своему воспоминанию, и его темные глаза в закатном свете блеснули золотом. – И я все еще по ней грущу.
Клеарх сел на стуле прямее. Он успел повторно осушить чашу и едва заметил подошедшего ее наполнить слугу.
– Есть люди мелочные и мелкие даже в своих победах. Я вижу, ты привел на его землю недюжинное войско – такое, с которым ему вряд ли по силам совладать. Это что, покорение? Ты думаешь его умертвить?
Кир долгим, задумчивым взором оглядел архонта, потирая кулак о ладонь с мозолями от поводьев.
– Если бы он на скаку упал с коня и разбился, я б истолковал это как знак, – медленно произнес он. – Но она любит его и родила ему двоих детей. Я знаю, что она любит меня, но избрала все-таки его. Так что обратный путь нам уже заказан навсегда.
– Женщины, – вздохнул Клеарх, поднимая чашу. – Источник чудес и наших чудачеств.
Содвинув чаши, оба выпили до дна. По жилам теплой волной уже расходился хмель.
– Я люблю ее, – потупив голову, повторил Кир. – И любил всегда. Мы сейчас возле самой границы с Киликией. Я послал гонцов сообщить, что я здесь, и она отозвалась. Не знаю, поможет ли она мне, архонт, но больше помочь мне некому.
– Она придет к тебе? Или мне готовить лошадей?
– Придет. Во всяком случае, так передал мой посыльный. Завтра, среди дня.
– А о своем муже она упомянула, хотя бы мимолетно? – поинтересовался спартанец.
Кир покачал головой, на что Клеарх поднял брови:
– Вот как? Звучит обещающе.
– Да как сказать. Она любила нас обоих, но выбрала его, – с тихим отчаянием промолвил Кир, делая очередной глоток.
От вина его зубы имели красноватый оттенок, а глаза подернулись дымкой.
Внезапно Клеарх, вырывая царевича из размышлений, хватил ладонью по столу:
– Так давай же, великий, покажем ей, чего она лишилась! Завтра я задам воинам прекрасный смотр. Пусть она увидит своего возлюбленного царевича во всем его боевом великолепии, как истинного полководца и вождя! Ее муж, наверное, деспот? Жестокий, старый, безобразный коротышка?
– Да нет, – пожатием плеч ответил Кир. – Просто мужчина, как и все. Каких-либо особых достоинств я в нем не вижу. Но как я уже сказал, она…