— Подходите и делайте ваши ставки.
Несколько выпивох, впечатленных размерами пса сокольника, рискнули поставить на него пенни, но репутация Лахлана, как знатока бойцовских собак, была общеизвестна, и ему пришлось удвоить ставку, чтобы присутствующие развязали кошельки.
— Ты чего надулся? — шепнул Радульф, наклонившись к Вэлан-ду. — Нам все равно не удастся отвертеться, так хоть заработаем денег на этом.
Вэланд отпихнул его в сторону.
— Ты меня достал.
Слух о предстоящем бое облетел городок, и в пивную начали стекаться новые зрители. Лахлан распорядился распечатать бочонок эля за его счет, и настроение у присутствующих вскоре поднялось. Пара проституток вертелась среди толпы, взявшись под руки. У двери хозяин таверны брал с каждого входящего четверть пенни, его помощник тут же рубил монеты на колоде кухонным топориком на четыре части. Лахлан руководил празднеством, радостно приветствуя вновь пришедших и поощряя их ставить на кон. Вэланд успокаивающе положил ладонь на спину пса. Они оба терпеть не могли толчею. Все больше и больше людей набивалось в пивную, пока свободным не осталось только место, отведенное для боя, и даже балки под крышей были заняты зрителями. Стол, на котором делались ставки, был завален монетами, отчеканенными во всех странах Европы и государствах далеко за ее пределами.
Лахлан подошел к Вэланду.
— Возьми пса на поводок. Ты знаешь правила?
— Пес никогда не знал поводка, и ему нет дела до правил.
— Будем играть по правилам. Собаки дерутся до тех пор, пока на ногах не останется только одна из них.
— Вэланд! — позвали его от двери.
Хозяин таверны и его помощник пытались удержать дверь, на которую напирали недавно пришедшие. Вэланд увидел лицо Сиз, выпрыгивающее из-за плотно стоящей толпы людей.
— Приведи Валлона!
Лахлан услышал их диалог и направился туда, но Сиз уже ушла, и хозяин, навалившись, закрыл дверь. Присутствующие притихли в предвкушении зрелища. Пес Вэланда тяжело дышал, испытывая сильное напряжение.,
— Здесь нужно немного проветрить, — сказал Лахлан.
Его распоряжение передавалось через толпу, и в конце концов ставни открыли и в помещении засквозил слабый ветерок. Раздавались отдаленные раскаты грома. Вэланд услышал сдавленное рычание и скрежет когтей.
— Отоприте дверь! — крикнул снаружи ^иган. — Я его еле держу.
Лахлан улыбнулся Вэланду.
— Откройте! — крикнул он. — Уйдите с прохода. Берегитесь, он может укусить.
Вэланд и его пес посмотрели друг другу в глаза. Дверь распахнулась, и толпа сжалась по бокам прохода. В двери ворвалось бледное, слепленное из костей и мышц существо, буксирующее Ригана, который с трудом удерживал его на поводке.
Все поежились при виде столь откровенной: вирепости. Повернувшись к арене, Лахлан увидел, что пес Вэлг нда скрылся среди испуганных зрителей. По толпе пронесся ропот разочарования, а Дормарт тем временем вырвался из рук Ригана и, подвывая, стал метаться по арене, учуяв запах исчезнувшего противника. Вэланду никогда не доводилось встречать столь ужасающего зверя. Ростом он был ниже мастифа, но на коротких лапах и бычьей шее сидела голова столь же огромная, как и у его пса. Узкие, высоко сидящие глаза, уши, обрезанные до основания, и гигантские кривые клыки Дормарта, торчащие из отвисшей челюсти, навевали мысли о морском чудовище, всплывшем из глубин, куда никогда не проникает солнечный свет. Его морда была испещрена многочисленными шрамами, а на крестце торчал тонкий крысиный хвост, будто приставленный ради неприличной шутки. Дормарт учуял на сокольнике запах его пса и ткнулся ему в пояс оскаленной мордой. Вэланд был способен определить степень сообразительности собаки так же, как другие люди могут оценить умственные способности друг друга, но в сознании эгого зверя не было ничего, кроме беспредельной жажды убивать себе подобных.
Лахлан дал Дормарту пинка, от которого более нежное существо навсегда стало бы увечным, и приблизился к Вэланду.
— Ты что, приказал своему псу спрятаться?
— Я же сказал, он не дерется.
— Позови его.
— Не позову.
— Ваша собака победила ввиду отсутствия противника, — заявил Радульф и укоризненно взглянул на Вэланда.
Лахлан стоял, широко расставив ноги и положив руку на эфес меча.
— Вы согласились на бой и не выполнили обязательств. Я никогда не прощаю нарушенных сделок.
— Я ни на что не соглашался.
Лицо Лахлана налилось яростью. Он обратился к толпе:
— А что скажете вы? Вы заплатили, чтобы увидеть бой. Скажите «да», если вам дороги ваши деньги.