— Он старейшина клана, — перевел Вэланд. — Его зовут Оттар Тордарсон. Он владелец дома, который, возможно, нас устроит. Это примерно в десяти милях от побережья.
Оттар поглядывал в трюм со сдержанной алчностью.
— Что он хочет получить взамен?
— Его интересует лесоматериал, он готов приобрести его.
Валлон посмотрел в честные голубые глаза Оттара.
— Пусть спускается и ознакомится с товаром поближе.
Посетители обошли трюм, обсуждая качество древесины. В конце концов Оттар остановился и кивнул.
— Он говорит, что забирает все, — сказал Вэланд.
Франк засмеялся.
— Это мы решим, когда посмотрим дом.
— Мы можем взглянуть на него сегодня. Для этого он привел с собой свободных лошадей, — сообщил сокольник.
— Мы поедем с тобой, — решил Валлон. — Радульф, ты останешься дежурить на корабле.
Солнце уже поднималось, когда они отправились в путь. Поля по мере продвижения вглубь острова становились все беднее, они ехали по ухабистой дороге, протоптанной в покрытой лавой равнине. Вэланду еще никогда в жизни не доводилось видеть настолько неприветливый пейзаж. Оттар с гордостью обращал их внимание на его инфернальные детали: изрыгающие огонь подземные топки, горы, которые плавятся и текут подобно рекам, настолько горячие источники воды, что в них можно сварить яйцо.
— А соколы здесь обитают? — спросил Вэланд. — Белые соколы?
— Да, здесь водятся соколы, — ответил ему Оттар.
Он протянул руку в сторону цепи вершин на востоке, застывших в прозрачном воздухе.
— Два-три дня пути.
Вэланд подъехал поближе к Валлону.
— Он говорит, здесь есть соколы.
Валлон улыбнулся.
— Хорошо, — сказал он, похлопав сокольника по руке. — Хорошо.
Они двигались дальше и вскоре въехали в местность настолько выжженную, что вокруг не попадалось ни стебелька травы, ни пятна лишайника. От земли поднимался пар с запахом серы, и у Вэланда сперло дыхание. Слева от них возвышалась дымящаяся черная гора, похожая на остатки титанического костра. Перед ними раскинулась голая до горизонта местность с широкой речной долиной внизу, частично залитой лавой. Неподалеку от реки расположилось крестьянское хозяйство, окруженное холмами шлака. Дорога зигзагом подводила ближе к ферме и далее петлями уходила на восток.
— Что здесь произошло? — поинтересовался Валлон.
— Это хозяйство Оттара, — сказал Вэланд. — Его предки поселились здесь во время первой волны колонизации. Его род ведет тут хозяйство уже два века. Эта равнина была одна из самых плодородных в Исландии, но однажды прошлой весной Оттар проснулся среди ночи и увидел, что из той горы извергается пламя. К утру расплавленная порода потекла в долину. Три месяца реки лавы ползли по полям, и к зиме Оттару пришлось покинуть свой дом. Теперь он строит новый с другой стороны своего поместья.
Поначалу он собирался взять брусья из старого дома, но потом решил предоставить ему умереть в свой срок, а до тех пор служить памятником своим прародителям. Поэтому ему нужен наш лес.
Валлон посмотрел на Оттара, потом на дом.
— Скажи ему, что у него будет право выбрать первым.
Они спустились к дому, лошади опасливо ступали по лаве. Дом был похож на гигантский перевернутый корабль, полностью облицованный дерном. Пожилая женщина появилась из ветхого амбара и, прихрамывая и постанывая, пошла через луг, на котором одиноко паслась корова. Она покрыла руку Оттара градом поцелуев, а он, в свою очередь, соскочил с лошади и, целуя щеки женщины и обнимая ее за плечи, говорил что-то ласковое, утешая ее.
— Эту женщину зовут Гизла, — сообщил Вэланд Валлону. — Она нянчила детей Оттара. Вся ее родня покоится на кладбище, погребенном лавой, и она не захотела их покидать. Она будет готовить нам и прибираться. Оттар говорит, она очень болтлива и одинока.
Валлон спешился и принялся осматривать дом. Его покрытые дерном свесы были такими низкими, что создавалось впечатление, будто строение выросло из земли. На крыше цвели дикие цветы. Оттар распахнул перед ними дверь, и они вошли в его внутренний сумрак. Птичка, наподобие той, что садилась на корабль, перепархивала с одной балки под крышей на другую, потом вылетела через дверь. У Вэланда возникло ощущение, что он уже был здесь раньше. Дом был очень похож на тот, о котором рассказывал его дед. Он состоял из главной комнаты, где в углублении располагался большой очаг, вокруг которого собирались мужчины принимать пищу и вести беседы, а вдоль стен были устроены койки для прислуги. В дальнем конце помещения находилось отгороженное место, где владельцы поместья уединялись для сна, а сверху были антресоли для их дочерей. Вэланд провел рукой по резным фигурам, украшающим деревянные подпорки.