Он выпрямился с обеспокоенным видом.
— Дорогой друг, мои нерадостные известия отвратили вас от трапезы. Позвольте мне угостить вас пирожками. Испейте пряного меду. Он хорошо возбуждает аппетит.
— Не ваше предупреждение лишило меня аппетита. Не так давно викинг разрубил мне живот. На ране все еще остаются швы. Мой лекарь запретил мне переедать и велел воздерживаться от мяса до полного выздоровления.
Василий бросил на собеседника недоуменный взгляд, как будто допускал, что Валлон не совсем прямодушен.
— Расскажите нам еще о пути на юг, — попросил его франк.
Русский положил серебряную ложку на стол.
— Это Новгород.
Взяв янтарную солонку, он поместил ее на полпути до края стола.
— Это Киев.
У края стола он поставил свой золоченый кубок.
— А это Константинополь.
Окунув палец в свой напиток, он провел линию из Новгорода.
— Вы пересечете озеро Ильмень и дойдете до Ловати. Эта часть пути потребует от вас больших усилий. Как я уже говорил, река в это время мелководна, и двигаться по ней можно только в небольших лодках. И даже при таком условии на каждую версту, пройденную на веслах или иод парусом, будет приходиться две версты волока.
Василий стукнул по столу между Новгородом и Киевом.
— Здесь вы покинете реку и преодолеете длинный волок через водораздел. На это уйдет около шести дней. Кратчайший путь приведет вас к Западной Двине, а затем в верховья Днепра ниже Смоленска. На вашем месте я бы не заходил в этот город. Все купцы там мошенники.
Боярин вновь намочил палец и прочертил маршрут по Днепру до Киева.
— Сначала река узкая и течет по лесам. Но далее в нее вливаются притоки, и русло расширяется до двух верст, а местами и больше. От Киева ваше путешествие не представит трудностей, по семьдесят верст в день, пока не дойдете сюда.
Он ткнул в стол пальцем.
— Здесь река входит в узкую протоку и перекатывается через девять порогов. Иногда вам придется идти вброд и обводить лодки вокруг порогов вручную. Каждый год там пропадает множество судов и жизней. В вашем случае потери очень вероятны, поскольку вы не сможете найти кормчего, который провел бы вас через пороги.
— Почему же?
Василий поднял палец.
— Потому что, даже если вас не проглотят пороги, главная опасность все же впереди.
— Печенеги, — вмешался Геро.
Боярин улыбнулся.
— Вижу, слава этих степных кочевников шагнула за пределы Руси. Что ж, у меня для вас есть новости. Хорошая заключается в том, что печенегов прогнали из южных степей десять лет назад. А плохая следующая: воины, потеснившие их, такие же варвары, только еще более жестокие и алчные. Это те же дикари, что угрожали Киеву два года назад. Кипчаками зовут они сами себя, а мы их — половцами. Они поджидают путников за порогами, но их перемещения настолько непредсказуемы, что вы можете повстречать их где угодно за пределами Киева. Позвольте мне сообщить вам кое-что важное, друг мой. Половцы настолько грозны, что ни один купец не решится пройти через их территорию без сопровождения судов с воинами. А купцы не станут тратиться без крайней необходимости. И каковы же ваши шансы, вы полагаете? Поверьте, никаких. Совершенно.
— Кочевники не будут ожидать нашего появления. Если мы прорвемся, дальше опасностей не будет?
Василий пожал плечами.
— Да, если будете оставаться на реке, а на отдых становиться на островах. В конце концов вы достигнете острова Березань в устье Днепра. И тут, мой друг, вы обнаружите, что все ваши усилия были тщетны.
— Отчего же?
— Преодолеть большой волок можно только в маленьких лодках, но только большой корабль сможет пересечь Черное море. В это время года вы не найдете купеческих судов в устье Днепра. Никого там не будет.
Боярин откинулся на спинку стула.
— Итак, я обрисовал вам, что ждет вас впереди. Вы все еще полны решимости рискнуть?
— Однажды Геро сказал мне, что неоконченное путешествие подобно истории, рассказанной лишь до середины. Мы пойдем до конца, где бы он ни ожидал нас.
Василий засмеялся, откинув голову.
— Друг мой, я надеюсь, что, если вам удастся достигнуть своей цели, вы найдете достойного сказителя, чтобы обессмертить историю ваших приключений.