— Здесь никого не было последние несколько дней, — сказал Вэланд.
Валлон оглянулся.
— На подготовку лодок нужно время. Оставайся здесь и наблюдай за нашими тылами, пока не услышишь мой сигнал.
— Нас никто не преследует.
— И никто нас не ждет. Раз уж ты заварил эту кашу, то не будем терять бдительность. Сигналы ты знаешь. Один долгий звук рога — мы отправляемся. Три коротких — у нас неприятности.
XXXIX
Трудно было представить себе более умиротворяющее место. Здесь, в верховьях, Днепр не превышал двух сотен ярдов в ширину. Он разлился длинной тихой заводью, далее сбегая и журча сладкозвучными перекатами. Стаи мелких рыбешек метались на мелководье. Синие и желтые стрекозы охотились, низко перелетая над поверхностью. В начале заводи путешественники обнаружили брод, берега которого были истоптаны животными необыкновенных размеров. Они совсем недавно перешли реку, и, если судить по оставленным ими отпечаткам, их пастухи должны быть не меньше десяти футов ростом. Ступня Валлона полностью помещалась в половину раздвоенного следа.
Перевозчики столкнули лодки на воду, затем Иванко подошел к Валлону и сказал, что их работа завершена. Ричард вручил ему плату, и они стали подсчитывать, заглядывая друг другу через плечо. Странники разлеглись на траве, наслаждаясь солнечным теплом. Кое-кто дремал, прикрыв глаза рукой. Валлон хлопнул в ладони.
— Давайте загружать лодки.
Геро открыл глаза.
— Может, сначала поедим?
— Нет, я хочу побыстрее убраться отсюда.
Вульфстан поднялся к ним с берега.
— У нашей лодки треснула доска обшивки. Наверное, ударили в лесу. Трещину нужно законопатить.
— Черт! — ругнулся Валлон.
Перевозчики разжигали костер. Если бы они замышляли хоть что-то против путников, то постарались бы исчезнуть сразу же, как только получили плату.
— Побыстрее приводите лодку в порядок. Остальные могут пока перекусить. Вы двое, — сказал он, обращаясь к Тостигу и Олафу, — садитесь в ялик и отправляйтесь в дозор на тот берег. Не нужно изображать такое горе, мы оставим вам поесть.
Геро подошел к франку, улыбаясь от уха до уха.
— Теперь уже можно представить окончание нашего путешествия.
— Нам еще предстоит долгий путь впереди.
Ричард, зевая, вынырнул из дремоты.
— Когда окажемся на реке, буду спать целыми днями. Разбудите меня, после того как придем в Киев.
Викинги разожгли костер, собираясь топить смолу. Путники повесили над ним котелок, чтобы сварить похлебку. Зараженный подозрительностью сокольника, Валлон пребывал в обеспокоенном состоянии. Олег должен был добраться до Днепра еще два дня тому назад. К настоящему моменту засада, вероятно, уже устроена ниже по течению.
Все еще ели, когда Вульфстан доложил, что они отремонтировали лодку.
— Пора отправляться, — объявил Валлон. — Этот хлеб будет не менее вкусен и на реке. Где горнист? А, вот ты где. Зови Вэланда и Сиз.
Они сидели на коленях, укрывшись за поваленным деревом, и наблюдали за пасущимися на полянке турами. В шестидесяти-семи-десяти ярдах от них в одиночестве стоял черный бык с белым ремнем вдоль спины. Он был выше человека, длиннее телеги, с головой, увенчанной лироподобными рогами. Позади него, на дальнем краю поляны, паслись пять молодых бычков. Стадо рыже-бурых коров и телят то появлялось, то исчезало в залитом солнцем лесу позади них. Эти животные словно вышли из древнего мира, а бабочки-лимонницы, во множестве порхающие над поляной, добавляли картине сказочности. Сотни их кружились вокруг старого тура, привлекаемые теплом, которое исходило от его шкуры. Покрытый боевыми шрамами патриарх, казалось, был весь усеян цветами.
— Не смей стрелять в него, — сказала Сиз.
Вэланд улыбнулся и покачал головой. Бык пасся, а его половой член постепенно выдвигался из своей оболочки.
— Ну и ну! — воскликнула Сиз.
Вэланд беззвучно смеялся в кулак.
— Вэланд.
— Тшш. Ты его спугнешь.
Сиз глянула на тура, затем повернула голову и дунула сокольнику в ухо.
— Вэланд!
— Что?
Она со вздохом легла на спину, раскинув руки. Он поглядел на девушку, улыбнулся и повалился рядом, засовывая руки ей под рубаху.
— Вэланд, это не щенки.
— Мне нравится их гладить.
Сиз обвила шею сокольника.