Мимо меня проводят Флошу - собаку, которая навсегда поселилась в моем сердце. Рыжую (не люблю рыжих!), длиннолапую, почти борзую (не люблю борзых!), с висящими ушами (...), но такую любимую. Собаку, которая жила у меня дома два дня, ласковое существо, готовое следовать за мной по пятам и дикошарую бестию в одном лице. Морде. Дурондосина. Наверное, наше с Флоридой тогдашнее времяпрепровождение я опишу отдельно, сейчас же просто скажу - Флорида - мой личный сорт любви.
Взяв с собой двух собак - Флошу и Далласа (с которым я была не знакома до нашей поездки), мы загрузились в большую машину и двинули в неизвестном (буквально) направлении.
"Тут поворачивать?" - осведомляется наш супер-водитель Кейт.
"Нет!"
"Да!"
Переглядываемся с Аней, она наш гид - наш предводитель. У Ани были Гугл карты и хорошая связь. У меня - знание как проехать к Песчаному озеру, примерное знание, сомнительное. Победа за технологиями. Едем, сверяясь с картой, делая петли на ЕКАДе, сетуя на летнюю резину и бухтя на верный, но очень вредный УАЗик. Флорида, как самая продуманная в мире собака уселась на коленки к Ане, устроив морду на моей ляжке. Её укачивало, но не так, что бы нужен был бумажный пакет из Американских фильмов. Просто капала (неаппетитно напишу, простите) слюна, мы даже сообразили для неё слюнявчик.
За окнами начали мелькать сельские пейзажи, напоминавшие мне о поездках по Челябинской области. Даже магазин был таким, этакое сельпо - металлочерепица под углом в тридцать градусов, блочные стены коробки, покрытые побелкой и огромный печатанный банер с бакалейным натюрмортом не первой оригинальности. Надпись "продукты" - большая, как положено, ведь могут не понять.
Даллас падает на поворотах, подпрыгивает на кочках, в общем - заваливается во все стороны, но не сдаётся. В его голове наметился план: стоять на выживание всю поездку. На двадцатом кульбите я перестала считать, уверовав в мощь собачьих лапищ и упёртость мозгов.
Дорога кончилась так же внезапно, как кончается оплата за интернет тридцать первого декабря. Мы оказались на краю деревеньки, наблюдая сплошной лес за лобовым стеклом.
"Дальше куда?"
"Ну, вон дорога..."
Где то на этом этапе нас троих покинула уверенность, а конкретно я потеряла веру в собственные ориентиры. Мы въехали в зимний лес по узкой необкатанной дорожке отчаянно недоумевая: что дальше?
А дальше была развилка: одна дорога вела в эстетически обесцененные пеньки, другая - в островок экологической катастрофы, в мусор то есть. Общая мысль витала в воздухе, вопрос стоял ребром. Аня, став самым движимым добровольцем пошла на разведку, спихнув Флориду с насиженных коленок. Путём изучения геоландшафта мы выяснили, что ехать нам нужно "туда". Вывернули руль, дали газу - катим. Однако, в этом мире не всё так идеально и УАЗик оказался непростительно большим для пешей (как оказалось) тропки. Повертаем взад, господа. Путём долгих молчаливых переговоров и громких мысленных дискуссий Кейт решила выйти и потыкать мусорную кучу, притаившуюся на единственной оставшейся дороге. Угрозы колёсам не было обнаружено и мы поехали блуждать дальше. Тут мой разум проваливается в раздумья, рука машинально чешет изнывающую Флору, другая - гладит Далласа, залезшего мне на колено передними лапами и глядящего в затянутое испариной окно.
"...телепортировался что ли?!" - недоуменно восклицает Аня.
"Да нее, на квадрике поди!" - довольно уверенно заявляет Кейт.
"Так следов то дальше нет!"
Смотрю в сторону - а там следы покрышек на снегу уходят в ёлки. Буквально. И обрываются. Два четких следа ведут до деревьев, мы видим их ровно до середины крон, а дальше - свежий снег. Ни следов разворота, ни движения вперёд. Моё мнение было однозначно таковым: несанкционированный телепорт! Мысленно отправила магический вестник куда надо и забыла. Тем временем мы таки выехали на более менее приличную дорогу и стало интересно: то ли солнце выглянуло из за облаков, то ли рельеф сменился, но стало светлее. Мы уехали из тоскливого неэстетичного прилеска в настоящий, бравый лес. И справа и слева (в огне догорает моя королева) тянулись деревья, укутанные мягким снегом; сквозь их макушки проходили солнечные лучи, серебря поверхность. Зелёный ещё цвет еловых иголок прекрасно сочетался со всем, что могло быть в зимнем лесу, нагонял радостное настроение, вызывая желание положить под тяжелые лапы подарки к Рождеству. Но поистине я услышала лес, когда вышла из машины, таща за собой Далласа.