Это был наш первый подъём и он казался таким крутым и трудным, наивные.
В лесу происходили неминуемые временны'е изменения, поскольку мы долго плутали - солнце начало садиться. Зимний день короток и мы его бездарно потеряли в ёлках. Но ведь дело принципа - найти этот Богами забытый камень и сфотографироваться на его фоне. Где то вдали послышались людские голоса, громкие и резкие, как будто грибники зовут друг друга найдя подозрительный образчик сыроежки. Дойдя до очередного оврага мы поняли, что гора теперь точно стоит к нам "спиной".
Воздух чистый и прозрачный как музейное стеклышко. Снег искрится под ногами трещиноватым горным хрусталем. Уходящее потихоньку солнце создает причудливые силуэты. Мы потерялись в затихающем лесу. Стоп, что?
"Нет, нам нужно в ту сторону!"
"Я помню это дерево, мы точно шли там!"
"Да, мне кажется все-таки туда."
"..."
Два человека проголосовали за направление "направо" и обиженно сопящее меньшинство безропотно двинулось вслед. Знали бы мы к чему это приведет. В общем то это таки привело нас к заветному Соколиному камню, но вот путь оказался трудным. Сперва был очередной крутой спуск, затем нам все же пришлось перейти реку. Не утонули - день прошел успешно.
Потом на нашем пути, буквально у самой горы нас встретило непреодолимое препятствие: речка весело бурлила в разломах льда, создавая чудесную умиротворенную атмосферу. Впереди лежали два больших валуна; лежали они до крайности талантливо - что бы пройти дальше необходимо было перелезть через них. Через метровые скользкие каменюки!
Нужно ли говорить о том, что два из трех человек нашей маленькой экспедиции были не готовы к такому виду активности? Нога соскальзывала с камня, руке было не за что зацепиться. Однако, есть прелесть в командной работе - подталкивая под опорную точку мы перекинули через валун первого, самого легкого человека. Флорида в это время изображала из себя лису и ныряла мордой в приглянувшийся ей сугроб. Вызывая самые разные, но одинаково позитивные эмоции, собака закапывалась в снег и обтиралась об него шерстью, издавая радостные поскуливания. Даллас же наоборот недоуменно оглядывался и настороженно прислушивался: вода громко бурлила, лед трещал на морозе. Преодолеть камни стало довольно непростым занятием, особенно для меня - я пыталась их обойти, но лёд был категорически против выдерживать центнер веса; увы.
Флоша оказалась у Соколиного камня первой - бесстрашная походная собака, спокойно ждала нас, не убегая и не беспокоя. Лось ( Даллас - Лосик - Лось! ) упрямился и не желал ползти по камням; обходить их сбоку он, однако, тоже не хотел и нам пришлось тянуть его на поводке, как самого настоящего упрямого лося.
"..."
Мы дошли до Соколиного камня. Вот он - перед нами, высокая гора, состоящая из множества огромных валунов. Сотворенные в борьбе стихий скальные останцы, Уральская Каппадокия. Заснеженные и величественные каменюки, наследие с вековой историей. Приключение нашего сегодняшнего дня.
Я стояла внизу с Далласом и наблюдала за рьяными бегами Ани, упорным карабканьем Кейт и восторженными перебежками Флоши. Это было прекрасно: шел мелкий снег, нас нагнал штиль и безмолвие леса; солнце потихоньку садилось, но не вызывало тревоги.
Испытывали ли вы за последнее время чувство искренней радости, беззаботного счастья или детского восторга? Я - да.
Преодолеть всевозможные препятствия и дойти до цели - лучшее из возможных чувств. Находиться в интересной компании - лучшее из времяпрепровождений. Быть причастной к чему то значимому, пусть это значимо только для трех людей и двух собак - лучший смысл жизни.
Какая разница как сложно было перелезать через камни и даже нет беды в том, что обратный путь чуть не обернулся незапланированным купанием. Нет проблемы в том, что любимая дурондосина Флоша обслюнявила мне все джинсы, а Даллас снова и снова упрямился. Есть лишь чувство всеобъемлющего счастья от того, что этот день был прожит.
Я первый раз за долгие годы увидела звезды. И они были не только на небе.
Люци х
Конец