- Ярослава, - решил я подготовить девушку к поездке, когда остановился как всегда после работы возле ее дома, - в пятницу, как я и говорил, мы летим с вами в Сочи на переговоры, а потом два дня у нас будет выходных на море, поэтому обязательно возьмите купальник. И так как самолет у нас в два часа ночи, вам нужно будет переночевать у меня. - Судя по звенящей тишине, мое предложение Соколовой не понравилось. Но прежде, чем она снова начнет загоняться по поводу того, что это очередная моя уловка затащить ее в койку, я ее прервал:
- Приставать не буду. Честное пионерское. – Решил я разрядить обстановку и приложил руку к виску.
- Вы не были пионером. – Заговорила Соколова.
- Не был. Признаю. Но слово я держать умею. - Я взял ее руку и поцеловал запястье, - девушка вздрогнула, - пугать ее в мои планы не входило, но и отпустить ее я не мог, продолжал поглаживать.
- Не переживай, у меня две спальни. Мы вообще будем на разных этажах, если тебе будет так спокойней. – Девушка кивнула.
- А в гостинице у нас же будут разные номера? – Решилась спросить девушка.
- Бл*, чего она так меня боится? Думает, что я не могу удержать член в штанах и при первой же возможности на нее наброшусь? Что за хрень?! Не выдержал я, но пока мысленно слава Богу, а то бы уже убегала от меня, сверкая пятками.
- Ярослава, прекрати забивать свою светлую головку всякой херней. Мы взрослые люди. Если ты мне нравишься, как женщина, то не думай, что при первой же возможности я уложу тебя на горизонтальную поверхность. Без твоего согласия ничего не будет. Если я тебе так не нравлюсь, значит будем просто работать. Правда-правда. – Подмигнул я и отпустил ее руку. А сам уговаривал себя не кипятиться. Только я не знаю, что я буду делать, если я ей действительно не нравлюсь. Назад я уже не отступлю. Она уже моя, поэтому я ее уже не смогу отпустить. Значит придется завоевывать и влюблять ее в себя. Потому что я уже того… готов, то есть поплыл...
Начнем мы с Сочи.
Соколова
Несмотря на то, что я не только не была на море, но и на самолете летала в первые, у меня не было страха. Я вообще забыла об отсутствии такого опыта в своей биографии. Пока Арсений Геннадьевич не сжал мою руку, когда мы начали взлетать:
- Не бойся, Яр. Я с тобой. – Я сначала растерялась от такого обращения, но тут же пришла в себя, а в душе разлилось тепло и проскочила мысль, что видимо с этим мужчиной ничего не страшно.
- Как ни странно я совсем не боюсь, не переживайте, - ответила, но руку не убрала. Мне было так спокойно и хорошо, как никогда.
- Молодчинка. Только у меня к тебе одна малюсенькая просьба.
- Какая? - В этот момент была готова пообещать, что угодно. Потому что счастлива и как мне показалось на своем месте – рядом с этим обалденным мужчиной.
- Ты будешь обращаться ко мне на «ты». Особенно, в не рабочее время.
- Договорились. – Не задумываясь ответила.
Мужчина расслабился и довольный откинулся на спинку кресло. Эта девушка постоянно держит его в напряжении. С ней совершенно невозможно предугадать реакцию, потому что слишком правильная, что порой мужчину очень бесит. Но может как раз этой правильностью она его и зацепила. Кто знает. Он честно даже сам не может назвать момент, когда понял, что любился в свою студентку. Ему кажется, что это чувство с ним было всегда.
***
Поселение в отель прошло без проблем, и Арсений не соврал – номера у нас действительно разные, но только забыл упомянуть, что смежные. Но почему-то я не стала из этого раздувать скандал. Действительно я верила, что без моего согласия мужчина приставать и к чему–то принуждать не будет.
Переговоры прошли успешно и мы, отметив это в ресторане, успели еще погулять по набережной. Я наконец-то смогла увидеть и даже попробовать море.
Когда я разулась и пошла дальше по воде, мужчина никак не отреагировал на это, не осудил, а наоборот присоединился. В этот момент я поняла, что этот мужчина самое лучшее, что случилось в моей жизни. И не возился бы он со мной так и не заботился, если бы ничего не чувствовал, а хотел только секса. Я почувствовала себя абсолютно счастливой. Нет ничего хуже, чем безответная любовь, это и держало меня постоянно в напряжении и мешало поверить и довериться мужчине.