Во время поездок туда и обратно их неизменно ожидали развлечения, предлагаемые в вагонах монорельсов и в стратопланах. С надеждой изучив возможность обзавестись личным транспортом, Вальтер вскоре узнал, что он давно упразднён по очевидной причине: он ограничивал количество предоставляемых развлекательных возможностей и мог привести к чрезмерному увлечению сексом — с точки зрения затрачиваемого времени, а не беспорядочности половых связей. И хотя пешие прогулки не были строго запрещены, тем, кто склонен был слишком увлекаться ими, советовали умерить свою эксцентричность.
После долгих раздумий Вальтер всё же нащупал одну возможность. Его подтолкнуло к ней воспоминание о том, что природная красота таких мест, как Венский лес, не была уничтожена. Поскольку Марии не нужно было присутствовать на репетициях до двух часов дня, они могли проводить утро, посещая живописные уголки, о которых он читал или слышал ещё на Нойштадте. Возможно, в некоторых из этих мест темп досуга был бы не таким стремительным.
Мария с радостью приняла его первое приглашение провести утро на островах Южного моря. Сразу после совместного завтрака в отеле они сели в стратоплан и вскоре сменили промозглый Юнипорт на томное Таити.
Островная деревушка, туземцы и их костюмы, влажный аромат джунглей и мягкий рокот прибоя — всё было именно таким, каким Вальтер представлял это себе с тех пор, как впервые прочел о путешествиях Стивенсона по Южным морям.
Однако, подозревая, что картель «Счастливое Время», вероятно, оставил свой след в самой деревне, Вальтер увел Марию прочь, на тропинку, что заманчиво петляла между высокими пальмами и хлебными деревьями.
Ладонь Марии легко и естественно скользнула в его ладонь; она прижалась к нему чуть плотнее, словно благоговея перед непривычной тишиной.
Она улыбнулась ему, собираясь что-то сказать, но Вальтер приложил палец к её губам и покачал головой. Мария выглядела озадаченной; она достала из сумочки миниатюрный автономный телевизор с крошечным монетоприемником. Бросив монетку, она щелкнула переключателем, и на экране появилось лицо актера. Вальтер накрыл экран ладонью. Он забрал у неё прибор и опустил его в карман своего пиджака. Затем он указал на неё саму, на тенистые деревья вокруг и развел руками, словно спрашивая: разве можно желать чего-то большего.
Он не был уверен, что она его поняла, но обнял ее за талию, и она положила голову ему на плечо. Они прошли еще десяток шагов по тропинке, пока она не привела их к серебристой лагуне. Здесь она коснулась кнопки радио на своих наручных часах — арендованных на неделю, — и тропический воздух наполнился ритмами джаз-банда.
Вальтер взял ее за запястье и выключил радио. Он развернул девушку к себе и крепко сжал её лицо ладонями.
— Никакого телевидения, — твердо сказал он. — Никакого радио — ничего, кроме этого…
Она согласилась с едва заметной улыбкой. Её глаза закрылись, но стоило их губам соприкоснуться, как она попыталась отстраниться.
— Нет, не так, — сказал ей Вальтер. — Вот так…
Он крепко держал её лицо, обучая тем поцелуям, что были в ходу в мирах фронтира, где у людей было время для любви. Она пыталась отстраниться от его «неестественных» поцелуев, но постепенно перестала сопротивляться.
Внезапно лагуну осветил яркий прожектор, и из тени вышел серворобот. Он приятным голосом произнес:
— Поскольку в это место приходят только туристы, предполагается, что вы прибыли с какой-то далекой планеты. Посему позвольте указать вам, что пребывание пар у лагуны ограничено двумя минутами. Если вы поспешите, то успеете застать номер с танцами туземцев до отправления следующего стратоплана.
Тем же приятным голосом серворобот начал повторять эти слова на других древних языках Земли.
Мария прерывисто дышала, ее губы были приоткрыты, и она коснулась их кончиком языка.
— Weil nur Touristen nach diesem Fleckchen Erde kommen… — бубнил робот своим вкрадчивым голосом.
— Да заткнись ты! — прорычал Вальтер.
Он взял Марию за руку и повел обратно по тропинке.
— Клянусь тебе, — пылко пообещал он, — как-нибудь, где-нибудь — мы это доведем до конца.
— Двдм, — прошептала она в благоговейном изумлении.
Первая партия «инструментов и оборудования» была доставлена на посадочную площадку Юнипорта. Вальтер получил официальное уведомление об этом из местного Расчетного банка. В тот же вечер в гримерке за кулисами он и Вилли Фритш выслушали куда более содержательный отчет от джентльмена, связывавшего их с контрабандным подпольем. Каждый предмет в партии был внесен в список и описан с дотошной тщательностью. Сверяясь с карманным блокнотом в кожаном переплете, связной сообщил дополнительные подробности.